Книга Алый флаг Аквилонии. Железные люди, страница 148 – Александр Борисович Михайловский

— А вот эти слова, Серега, - сказал Андрей Викторович, - говорят о том, что дед Антон был в корне неправ. Не мальчик ты уже, а муж зрелый и ответственный, наша с Петровичем будущая смена. Год тут идет за три, как в Заполярье, так что мальчики взрослеют быстро, а тех, кто не повзрослел, местный дикий мир быстро забирает к себе.

— Так тому и быть, товарищи, - сказал верховный вождь Аквилонии, - только отправление назначим не на послезавтра, а днем позже, так как на борт барка еще необходимо погрузить пополнение для разгрузочной команды, а также имеющихся у нас вьючных и упряжных животных. А завтра вечером у нас будет народный праздник- во-первых, в честь прибывшего пополнения, во-вторых, в ознаменование победы над норманнами.

Тем временем в семистах метрах ниже по течению, у рыбацких мостков в устье Ближнего, творилось свое действо, которое тоже требовало внимания вождей. Именно напротив того места, сразу за отмелью, на якорь поставили глубоко сидящие толстобрюхие двухмачтовые нефы. При абордаже в их командах в большом количестве были убитые и раненые, ибо по вылезшим на боевые платформы лучникам и пращникам морпехи без всяких сантиментов прошлись из пулеметов, а потом забросили на палубу по несколько ручных гранат, убеждая местную публику спрятаться и не отсвечивать. И теперь шлюпки рейс за рейсом свозили на берег испуганных чернявых людей в наполовину европейской, наполовину сарацинской одежде. Невесть откуда взявшиеся пришельцы оказались не менее свирепыми, чем норманны, а еще с ними было невозможно договориться по-хорошему, за бакшиш.

До светловолосых невольников, предназначенных к продаже на рынках Кордовы и Севильи, очередь должна будет дойти позже, а пока разбор полетов касался только членов команд, а также родственников хозяина и семей его работников. Этих людей отводили к Старой Пристани и, связав по рукам и ногам, усаживали на землю. В качестве переводчиков добрейший Гай Юний выделил несколько своих легкораненых парней, неплохо выучившихся говорить на языке Основателей - в раннем Средневековье латынь еще была общепонятным языком, на котором разговаривали купцы, священники, и, вообще, все образованные люди. Со стороны соседство легионеров в полной экипировке (со спатами и мизерикордиями на поясе, только без щитов) и морских пехотинцев с автоматами и пистолетами-пулеметами выглядело диковато, но и там, и там это были солдаты регулярной армии, быстро нашедшие между собой общий язык.

После короткого экспресс-допроса с постукиванием кулаком в печень и обещанием распять упрямцев на древе или посадить их на кол вместе со всеми чадами и домочадцами вскрылась картина отвратительного предательства и коварства, на сто двадцать процентов подтвердившая слова Роланда Базена и Александра Шмидта. Еврейская община города Бордо изначально была в сговоре с вождями викингов, намереваясь предать своих соседей-христиан ярости норманнского набега, и при этом неплохо навариться. Ночной штурм города пиратами прошел успешно благодаря содействию изнутри, когда евреи отравили ночную стражу одной из башен и распахнули ворота перед подступающими к ним викингами. И деньги, уплаченные иудейской общиной норманнским ярлам, были не выкупом, а платой за скупаемых рабов-христиан и всякое награбленное барахло, которое уже невозможно было уже навьючить на перегруженные драккары, где даже вместо балласта лежали мешки с монетами. Как выразился в подобном случае один исторический персонаж, «неважно, что ты бросишь в такую ладью - горсть золота или горсть дерьма, - от этого она все равно потонет».