Книга Алый флаг Аквилонии Спасите наши души, страница 84 – Александр Борисович Михайловский

Свидетелей этому происшествию не было ни на море, ни в воздухе, ни даже в космосе, ибо спутниковые группировки США и СССР в 1970-м году пребывали еще в самом зачаточном состоянии, а возможности спутников были весьма ограничены. До запуска станции «Салют-1», предназначенной для непрерывного наблюдения за поверхностью земли, оставалось еще девять месяцев...

7 мая 3-го года Миссии. Вторник. 6:30 по времени Аквилонии. Борт СССР-09303, высота 9000 метров, 62 градуса северной широты, 30 градуса западной долготы, путевая скорость 560 километров час, курс прежний.

Фотохромные очки сработали как надо, и никакого ослепления экипажа вспышкой не получилось. Самолет тряхнуло как на воздушной яме, на мгновение стекла очков потемнели, превратившись из дымчато-серых в непрозрачно-черные, а потом так же быстро обрели полную прозрачность.

Все выглядело так, будто в единое целое склеили две абсолютно разных киноленты: только что внизу во все стороны простирался бесконечный голубой простор, солнце светило прямо в лицо, радиоэфир был полон треска и писка, и все было хорошо; но минул миг - и вот уже под самолетом вдаль и вширь пролегают ледяные поля, солнечный диск оказался где-то на девять часов за левым крылом, а стрелка магнитного компаса вдруг метнулась в сторону на девяносто градусов, указывая уже не на полярные области Канады, а куда-то на север Скандинавии. А что же с эфиром?

— Эфир умер, командир, - обеспокоенно доложил старший воздушный радист старший сержант сверхсрочной службы Игорь Бакаев.

— Как умер? - переспросил майор Александр Бояринцев, во время этого перелета исполнявший обязанности второго пилота.

— Обыкновенно, товарищ майор, - ответил радист, вращая ручку настройки. - Полная тишина. Нет даже радиомаяков.

Исчезновение связи можно было бы списать на поломку радиостанции, но на «Антее» было два одинаковых коротковолновых приемопередатчика, а также одна средневолновая радиостанция, имеющие раздельные антенны. Кроме того, поломкой связи невозможно объяснить появившиеся внизу льды, изменившееся положение солнца и новые показания магнитного компаса.

Майор Агеев подумал было, что мгновенное потемнение в глазах могло означать, что все они по какой-то причине потеряли сознание, и за это время неуправляемый самолет сам развернулся и улетел в центр Арктики, но взгляд на неизменившиеся показания топливомеров и часы рассеял и эту гипотезу. К тому же гирокомпас, в высоких широтах гораздо более надежный, чем его магнитный собрат, показывал, что они следуют почти тем же курсом.

— Передавай на аварийной частоте, - скомандовал он радисту, - «Я борт СССР-09303, терплю бедствие. Потеря ориентировки. Последние известные координаты 62 градусов северной широты, 30 градусов западной долготы».

В высоких широтах или над океаном, где под крылом на местности нет никаких визуальных ориентиров, потеря ориентировки - это самое страшное, что может случиться с самолетом, помимо катастрофы. Именно так в 1937 году, сбившись с курса над арктическими просторами и потеряв связь, улетел в никуда самолет ДБ-А, пилотируемый экипажем знаменитого советского полярного летчика Сигизмунда Леваневского.