Онлайн книга «Второй год новой эры»
|
Доводилось мне и плавать на теплоходах. Все то же самое – веселая праздная публика, смех, ахи и охи, белое вино, чайки, селфи, ухажеры… Но на этот раз все обещало быть совсем по-иному. Петрович перед важными мероприятиями любил приговаривать, обращаясь к «цивилизованной» части нашего общества: «Прошу помнить о том, что нам предстоит не развлекаться, а работать». Уж да – теперь мне больше не быть праздной туристкой. Придется работать… Но отчего-то меня это совсем не пугает. Хотя, сказать по правде, будь у меня выбор, я бы осталась дома. Я очень беспокоюсь за будущего ребенка. Вот уж никогда не думала, что стану такой мнительной и тревожной… Это что, у всех будущих мамаш так происходит? Вспомнив мадам Марину, я констатировала, что, скорее всего, так и есть. Кроме того, мне не хотелось расставаться с ней, с моей милой подругой. Кто поможет добрым советом? Кто окажет помощь в случае чего? Однако я никому не сказала ни слова о своих тревогах, понимая, что «это все гормоны», как любит приговаривать мадам Марина. Собственно, с другой стороны, путешествие меня даже воодушевляло. Ну а чем не экстремальный приключенческий тур? Ну, насчет экстрима это как получится, но приключения нас ожидали наверняка. Каменный Век и приключения – это два неразрывно связанных понятия… А еще умы отправляющихся в плавание всколыхнула весть о том, что с нами отправляется Жебровская. Петрович зачитал ее фамилию совершенно бесстрастным голосом, но надо было видеть, какой эффект это произвело на нее саму. Она побледнела, сжала губы и опустила голову, при этом что-то бормоча про себя – видимо, посылала русским проклятия. Хоть этого никто официально не объявлял, но в племени ходил слушок, что Жебровскую решили высадить где-нибудь подальше и оставить на произвол судьбы, тем самым приводя в исполнение тот приговор. За то время, которое ей дали, чтобы переосмыслить свой поступок и вообще свои взгляды на жизнь, она не совершила ничего полезного и никакого раскаяния не выказала. Впрочем, мадам Марина, смеясь, за чаем как-то сказала мне, что совет четырех вождей решил выдать смутьянку замуж в племя Северных Оленей. — Это будет для нее самое подходящее наказание! – сказала Марина. – С ее-то склонностью верховодить и тиранить ближних там она будет как раз в том положении, которое заслуживает. Я не могла не согласиться с этими словами. — И за кого она там может выйти? – поинтересовалась я, – по идее, это должна быть статусная невеста… — С чего вдруг? – фыркнула Марина. – Только потому, что она из наших? Не думаю, что это даст ей какие-то привилегии… Кроме того, мы предупредим Ксима, что она собой представляет, чтобы присматривали за этой штучкой хорошенько… Вообще надо подать им идею разыграть по жребию… – она хохотнула, довольная своей выдумкой. Я улыбнулась, представив, как дикари, возбужденно гомоня, тянут из мешка еловые шишки, среди которых одна с отметиной… — Ладно, чего о ней долго разговаривать, не стоит она того… – Марина тряхнула головой и отпила глоток чаю. – Лучше, дорогая, расскажи-ка мне, как у тебя семейные дела? – перевела она разговор на другую тему. Я вздохнула – так, как, должно быть, вздыхают все счастливые женщины, слыша подобный вопрос. Каждый день Марина задавала мне его – но я всегда подробно отвечала. Я рассказывала ей все – каждую мелочь, каждый милый эпизод, связанный с мой замужней жизнью. А она внимала с большим интересом, подперев щеку кулаком – и лицо ее выражало радость за меня. Заканчивала же я свой рассказ всегда тем, что благодарила ее за то, что вразумила меня. И она неизменно с нарочито серьезным видом поднимала палец вверх и говорила: «Вот так-то! Я дурного не посоветую! Теперь ты у меня в неоплатном долгу, Людмила Батьковна!», вслед за чем мы принимались весело смеяться. |