Книга Отцы-основатели, страница 50 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

— Мы страдать, мы мучиться, мы бояться, мы умереть, – сказала смуглая красотка по имени Алохэ-Анна, чиркнув себя пальцем по горлу, – потом мы родиться снова и жить как совсем другой человек… Мы говорить новый язык, думать новый мысли, любить новый мужчина. Очень хорошо любить мужчина, очень, очень хорошо.

Эти слова шокировали меня еще больше. Сказать честно, я даже не знала, как их воспринимать. Этот Сергей Петрович, что, перерезал этим мулаткам горла? А почему они тогда живые, и на горлах у всех троих нет никаких отметин? Он что – и в самом деле настоящий колдун, великий шаман, как говорят о нем эти женщины? А ведь вполне может быть… Взгляд у него уж больно гипнотизирующий и завораживающий, он говорит и я всему верю, хотя понимаю, что так быть не может – но вот верю, и все.

— Это была чисто символическая смерть, – неожиданно произнес Сергей Петрович, будто прочел мои мысли, – женщинам связывали руки и завязывали глаза, а потом я проводил у них плоской стороной ножа по губам и по шее, давая почувствовать вкус смерти, а потом их отмывали дочиста и давали новые имена, как новорожденным… Считалось, что с этого момента у умершей и заново родившейся женщины начиналось перерождение души. Впрочем, так оно и получилось – отсутствие побоев, доброе отношение и совместный труд для общей пользы превратили вчерашних людоедок в обычных женщин, которые могут любить своих мужчин, а также рожать и воспитывать их детей.

Точно! Рядом со мной сидит самый настоящий шаман, а не какая-нибудь дешевая подделка. Как он смог прочесть мои мысли – ведь я же у него ничего не спрашивала…

От этих размышлений меня оторвал Роланд, так не понявший ни слова из нашей беседы с этим Сергеем Петровичем.

— Мадмуазель Ольга, – спросил он, – скажите, почему вы так долго разговариваете с этим человеком? Он представляет здесь какую-либо власть?

— Да, – так же по-французски ответила я, – он оплатил эту экспедицию и определенно является здесь начальником, только я пока не могу понять пределов его полномочий, потому что двое остальных старших мужчин и старшая женщина тоже имеют право голоса в их правительстве. Вроде бы в его обязанности входит все строительство, которое ведется этим кланом, а также религиозная деятельность и разные обряды. А еще он решает, кого принимать в их клан а кого нет.

— Очень хорошо, – улыбнулся Роланд, – спросите у этого месье Петрович – если мы уже тут навсегда, то мог бы он зарегистрировать мой брак с Патрицией Буаселье и принять нас вдвоем в их клан, племя, или как там называется эта компания.

Я перевела этот вопрос Сергею Петровичу, тот немного подумал и ответил:

— Кандидатами в наш клан мы примем всех вас, никого на произвол судьбы умирать за порогом не оставим, не такие мы люди. Полное членство в клане надо еще заслужить, но для человека сметливого, храброго и работящего это не проблема, и при этом не важно сколько ему лет. Что касается заключения брака, то если Роланд и Патриция хотят пожениться прямо сейчас, то я могу провести обряд помолвки, или, говоря местным языком, обещания женитьбы, а сам брак заключить после получения окончательного членства хотя бы одним из будущих супругов. Таковы, к сожалению, наши правила.

Потом пришла моя очередь переводить ответ Сергея Петровича Роланду.