Книга Операция «Гроза плюс», страница 56 – Александр Борисович Михайловский

12:35, Санкт-Петербург. Большой проспект Петроградской стороны.

Одинцов Павел Павлович.

Через день после нашего первого похода в прошлое, я, взял под мышку профессора и, оставив за старшего майора, гм, «Иванова», вылетел через Сочи в Петербург. На прощанье я попросил майора примерно через сутки снова выглянуть на ту сторону и поднять в небо имеющийся в их команде мини-беспилотник. Надо было проверить, насколько хорошо местные поняли наш намек, да и просто осмотреть окрестности. В принципе, с этого и надо было начинать, но уж очень мы спешили увидеть все своими глазами.

До Адлера нас подбросили на УАЗике, предоставленным командованием базы. А вообще, на этой стороне портала нам уже пора бы обзавестись и собственным транспортом. Рейс «Аэрофлота» вылетел из Адлера без пятнадцати час и прибыл в Пулково около четырех часов дня. В полете старенький А-320 ревматически скрипел всеми своими сочленениями, жалуясь на преклонный возраст и жестокого хозяина, заставляющего старика летать.

В Питере мы в первую очередь отнесли взятые в прошлом образцы в лабораторию молекулярной генетики, а потом вместе с профессором поехали к одной его знакомой… Катались по городу мы не просто так, а как секретоносители высшего уровня на оперативной машине с Литейного, не имеющей особых примет, и в сопровождении группы прикрытия.

Оставив двух молодых людей «в штатском» на лестничных клетках выше и ниже, я позвонил в обитую натуральной кожей дверь. Ирина Владимировна Славина — знакомая профессора Архангельского по учебе в универе сама открыла нам дверь. Как я понял из намеков и вздохов, когда-то она была его дамой сердца, но потом вышла замуж за «богатенького буратину», и страдания будущего профессора со временем сошли на нет.

Тетенька была кандидатом наук, антропологом, правда не именитым, а таким же, оспаривающим мнение авторитетов непризнанным гением, как и сам профессор Архангельский. В отличие от Сергея Викентьевича, Ирина Владимировна Славина себя и свое тело любила. На первый взгляд этой миловидной брюнетке с короткой стрижкой можно было дать где-то между двадцатью-пятью и тридцатью годами, но внимательный взгляд мог подсказать опытному мужчине, что «девушке» давно уже перевалило за сорок, и держится она исключительно благодаря пластике, усилиям косметологов и собственной воле. Интересно, откуда у дамочки гроши? Перед тем как свести с ней знакомство, я получил у коллег краткую справку, в которой говорилось, что своей профессией мадам Славина, считай, что ничего и не зарабатывает. Неужто, ее так содержит не чающий души супруг, который по картотеке числился мелким бизнесменом среднего достатка, владельцем то ли автомойки, то ли шиномонтажа, то ли того или другого вместе… Сочувствую, если он вправду бизнесмен средней руки Тогда выходи, что почти все лавэ, нажитые непосильным трудом, должны без остатка уходить его ненаглядной супруге. Но, в общем-то, это его проблемы. Меня мадам интересовала с точки зрения ее профессиональных качеств, неважно ортодоксальные у нее взгляды, или еретические. Поэтому, вежливо поздоровавшись, я тут же сунул ей под нос снимки найденной нами белокожей малышки, которую мы временно окрестили Татой, и спросил,

— Ирина Владимировна, будьте любезны, скажите, что вы думаете по поводу этой фотографии?