Онлайн книга «Пусть ярость благородная»
|
Я посмотрел на часы – со всеми паузами, всеми вопросами и ответами наш саммит продолжался уже четыре с половиной часа. Многовато, надо бы перерыв сделать, мозги остудить, а то придется кормить господ Романовых Пенталгином с Цитрамоном. Тут меня будто услышал Мартынов, подходит и тихонько на ухо говорит: — Михаил Васильевич, там, в вагоне-ресторане, все готово, повар Наместника расстарался, когда узнал, кого кормить будут. Бабу-немку, горничную принцессы и слугу Александра Михайловича согласно статусу разместил в гостинице при станции. Гусарам и кирасирам наварили каши, порожняк под литер Б из Читы придет часа через четыре. Наехал на начальника станции, выбыл старых шпал и кучу всякого деревянного горбыля – ночь, знаете, совсем не тропическая, сейчас развели костры, греются. — Хорошо, Евгений Петрович, – шепнул я ему в ответ, – благодарность вам преогромная за усердие. А сейчас за ужином присмотритесь к господам Романовым, сможет ли кто их них стать товарищем? – и уже в полный голос: – Ваши Императорские Высочества и господа офицеры! Лейтенант Мартынов Евгений Петрович сообщает, что в вагоне-ресторане все готово для ужина, ждут только нас. Дорожный шеф-повар его высокопревосходительства Наместника Дальнего востока выражает вам свое уважение и желает приятного аппетита. Если будет таково ваше желание, то давайте сделаем перерыв на ужин… Александр Михайлович посмотрел по сторонам. — Ольга, Мишкин, ну как, возражения есть? Нет? Тогда мы принимаем ваше предложение, ну а после продолжим нашу занимательную беседу. На выходе из салон-вагона меня взяла под руку Великая Княгиня Ольга. — Михаил Васильевич, проводите меня до вагона-ресторана, будьте любезны, – и уже полушепотом: – Хочу задать вам пару вопросов, но так, чтоб не слышали ни Сандро, ни Мишкин.. Скажите, а почему вы с нами то преувеличенно вежливы, но, наоборот, прямолинейны, почти грубы. Мы ведь и обидеться можем. — Ваше Императорское высочество, – так же тихо зашептал я, – бывают моменты, как сейчас, когда мы не заняты делами, и тогда я капитан первого ранга, а вы принцы и принцессы крови. Тут любая прямолинейность и грубость будет неуместна и приравнена к оскорблению. Но как только речь заходит о спасении России, тут нам следует быть соратниками, каждый их которых должен выполнять свою часть плана. Именно равноправными соратниками, каждый из которых действует в рамках своих возможностей, и только тогда у нас что-нибудь получится. Нам не нужна власть над Россией, нам надо чтобы она была Великой, Процветающей и в Безопасности. Власть это по вашей части, именно для этого вас и родили на свет. Так извольте же соответствовать лучшим эталонам, а не худшим. — Ну, вот опять, – усмехнулась Великая Княгиня, – но я принимаю ваши объяснения. И, кстати. Объясните в отношении меня – лучший эталон, это кто – неужели Екатерина Вторая? Недаром же у нее есть титул «Великая»? Но тут мы пришли в вагон-ресторан и я получил право не отвечать на последний вопрос. Ужин проходил в почти полной тишине, только изредка позвякивала посуда. Повар сегодня превзошел сам себя, да и их Императорским высочествам было не до разговоров. Сначала длинный санный путь по льду озера, потом достаточно нервный разговор, в ходе которого на их бедные головы упало множество неожиданной и крайне неприятной информации. Во время ужина я незаметно наблюдаю за господами Романовыми и вижу, как эта информация, получив время и возможность несколько упорядочиться, аккуратно оседает в их головы. Ведь это далеко не самые глупые из Романовых – я имею в виду Александра Михайловича и Ольгу – а скорее, наоборот. У Михаила же явственно проглядывает сидром затянувшегося детства, которое длится и длится. По моему мнению, возможность того, что когда-нибудь на него будет возложена Высшая Власть, пугает его больше, чем перспектива безвременной смерти от рук революционеров. Пожалуй, с идеей Пал Палыча Одинцова о Великом Государе Михаиле Втором придется распрощаться. Предел его компетенции – командир бригады, дивизии, или, в крайнем случае, корпуса. Фсе! На этом его возможности исчерпываются полностью. И не надо на него давить – в ответ он только упрется, и ничего больше мы от него не получим. Пусть идет по военной стезе, только надо будет проследить, чтобы ему не испортили жизнь стервозные великосветские бабы, желающие получить в сожители Великого Князя. Он в нашей истории, наверное, оттого так скандально и женился, чтобы окончательно перекрыть себе путь на престол. И даже если он сам не осознавал, для чего ему нужна эта связь с женой его подчиненного, то подсознание тут поработало на все сто процентов. Оно, это подсознание такое упрямое и трудновоспитуемое… |