Онлайн книга «Время для перемен»
|
13 мая 1907 года, полдень, Белград, Королевский (ныне Старый) дворец, резиденция правящей династии Карагеоргиевичей, дворцовый парк. Принцесса Елена и ее брат принц Георгий Карагеоргиевич. Известия о событиях в Болгарии молнией облетели все соседние страны, не исключая и Сербию. Сильнее всего громыхнуло, конечно, в Вене и Будапеште, но и Белграду досталось неслабо. Утренние сербские газеты вышли с аршинными заголовками: «Князь Фердинанд низложен восставшим народом» (и это еще ласково), «Главный претендент на болгарский трон – русский принц Михаил», «Российская Империя свергла с престола еще одного австрийского прихвостня», «Императрица Ольга сажает на болгарский трон своего брата». Но поскольку события в Софии напрямую сербских дел не касались, то и реакция белградской публики оказалась несколько отстраненной, напоминая постепенно оседающую пену над кружкой пива. Конечно, большинству сербов было приятно, что смена правящего режима в Болгарии укрепит антиавстрийский и антитурецкий союз двух славянских государств, но подавляющему количеству белградских обывателей в данный момент от этого было ни холодно ни жарко. Ну разве что более-менее либерально настроенные люди могли проворчать, что в Болгарии власть сменили не отрезав ни одной головы, а в Сербии во время подобного действа кровищи было столько, что не всякий конь с разбегу перепрыгнет. Возбудила эта новость только людей государственных – тех, кто по долгу службы или в силу своего положения вынужден был вникать в потаенный смысл происходящих событий. К таким людям относился и королевич Георгий, который после разговоров с полковником Баевым немного призабросил рыбалку и математику и начал интересоваться политикой. Конечно, на свете нет ничего грязнее политических игр, но это единственное занятие, достойное настоящего мужчины. Война при этом подразумевается не как отдельное явление, а как продолжение политики иными средствами. И еще: ведь именно на грязи произрастают самые прекрасные цветы. Счастливое будущее для сербского народа должно быть – и будет оно завоевано не только громом тяжелых пушек и громкими речами политиков, но и в результате невидимой и почти незаметной работы дипломатов и бойцов невидимого фронта. Елена, в отличие от брата, политикой не интересовалась, и потому в полдень тихо и мирно прогуливалась по дворцовому парку. Это был, можно сказать, последний день ее девичества, ведь уже завтра в Белград приедет ее жених Великий князь Михаил, и если у них все сладится, то она обретет статус невесты, что уже подразумевает определенную несвободу. Невеста не жена, но разрыв помолвки на таком уровне может быть сочтен тягчайшим межгосударственным оскорблением. Так что, пока еще есть время, надо собраться и как следует подумать, мысленно подготовиться к грядущему знакомству. В таком состоянии и нашел свою сестру Георгий, размахивающий на ходу свернутой в рулон стопкой газет. — Привет, сестрица! – переводя дух, поздоровался он с Еленой. – Должен сообщить тебе сногсшибательную новость. Болгары взбеленились и турнули своего Фердинанда с трона. Теперь вполне возможно, что в самом ближайшем будущем новым болгарским князем станет именно твой жених… — Как?! – воскликнула та, от изумления выронив подарок жениха – легчайший складной зонтик от солнца. – Как ВООБЩЕ такое могло произойти?! А как же Фердинанд, его сын Борис, и что по этому поводу сказал император Франц-Иосиф? |