Книга Лента Мёбиуса, страница 99 – Александр Харников

Как русские и обещали, к вечеру они выдали индейцам этого лейтенанта и других из его отряда. Другого лейтенанта и его людей, а также артиллеристов и самого главного, они отказались выдавать – те никого не насиловали и не убивали (хотя, если бы артиллерия успела открыть огонь, было бы еще больше жертв). И Прыгающий Бизон, подумав, согласился с русскими.

А преступников отдали женщинам племени. Их истошные вопли звучали до позднего вечера, когда высокие костры заполыхали под шестами, к которым было привязано то, что оставалось от этих людей. Прыгающий Бизон не любил такого вида зрелищ, и он очень был рад, что его в это время пригласил главный русский для серьезного разговора.

— Мой друг, – сказал вождь, прижав руку к груди. – Ты не представляешь, насколько наши сердца преисполнены благодарности к вам, спасшим наше племя от полного уничтожения. И мы хотели бы сделать то, что уже сделал Таояте Дута – принять ваше покровительство, и, если можно, то стать достойными детьми вашего Великого отца.

Русский немного подумал, а потом спросил:

— Так считаешь только ты или все твое племя?

— На племенном сходе с этим согласились все. Конечно, там были не все хункпапа, часть их сейчас находится в больших типи. Там ваши лекари о них заботятся и делают все, чтобы раненые и покалеченные остались живы. Но там только женщины, а решают мужчины. Да и эти женщины тем более захотят быть с вами.

— Тогда хорошо. Только имей в виду, если вы пойдете под руку нашего Великого отца, обратной дороги не будет.

Бизон взял в руку острый нож, надрезал свое предплечье и оросил кровью огонь костра.

— Это означает, мой друг, что обещание наше свято. И то, что мое племя будет хорошими детьми русского Великого отца.

— Хорошо. Тогда вот как мы это сделаем.

И русский рассказал вождю про школы и про больницы, и про стойбище, которое он назвал странным словом «станица», которое возникнет рядом с ними, на земле, которую ему выделит племя. И чем больше он рассказывал, тем больше был уверен Прыгающий Бизон, что племенной сход принял правильное решение.

— Вы считаете, Александр Павлович, что экспедиция к устью Амура может начаться уже в этом месяце? – с сомнением произнес император.

— Да, государь, – кивнул Шумилин. – Я вчера беседовал с Геннадием Ивановичем Невельским. Потом навел справки о подготовке экспедиции. Действительно, осталось решить некоторые незначительные вопросы, и можно отправляться в путь. Широко афишировать мы сие мероприятие не будем, дабы не создавать лишний ажиотаж. Да и за границей об этом знать пока не следует. Будет результат – тогда и заявим об этом на весь мир.

— Это правильно, – согласился император. – Хотя англичанам после того, что они натворили в Китае, стоило бы вообще помолчать. Амур – река пограничная. А вот какое отношение юг Китая имеет к Соединенному Королевству?

— В состав экспедиции мы включили и беглеца из века семнадцатого – Онуфрия Степанова. Неплохо было бы дать ему какой-нибудь офицерский казачий чин. Он его заслужил, служа вашему пращуру, царю Алексею Михайловичу.

— Как вы считаете, Александр Павлович, чин есаула для него будет достаточным? – спросил император.

— Полагаю, что да. Только вот все время я думаю о том, насколько сильно повлияло на дальнейшую историю государства Российского наше продвижение по Амуру к Тихому океану, так грубо прерванное маньчжурами? А что если…