Книга Лента Мёбиуса, страница 79 – Александр Харников

— Отец мне вкратце рассказал о сем казусе, – усмехнулся Николай. – Только, дядя Саша, не нравится мне все это. То подводная лодка Джевецкого на Серебряном пруду, то казачки царя Алексея Михайловича в Калифорнии. Уж не шалит ли наш новый знакомый из будущего?

— Не знаю, Коля, не знаю, – Шумилин покачал головой. – Но, как мне кажется, без Фредди тут не обошлось…

— Когда кажется, следует креститься, так ведь говорят у вас? – раздался за их спиной сварливый голос. – Да, с подводной лодкой у нас получился прокол – один мой коллега, работающий над параллельным проектом, по ошибке перенес ее в девятнадцатый век. А вот насчет казачков признаюсь – это наша работа. Жалко было бесстрастно наблюдать за тем, как кровожадные дючеры вот-вот прикончат этих храбрых воинов. Вот мы экстренно и эвакуировали их. К тому же, полагаю, они вам еще пригодятся.

— Дядя Саша, – удивленно спросил Николай, – это и есть тот самый Альфред, который так любит совать нос не в свои дела и встревать в чужие разговоры?

— Он самый, Николай Викторович, – ответил голос. – Вы уж не обижайтесь на меня. Ведь я, как вы говорите, сую нос не в свои дела не из праздного любопытства. Мы хотим помочь вашим предкам в их движении на восток. Тогда, в семнадцатом веке, это движение было нарушено доминировавшими в тех краях маньчжурами. Наши ученые, изучив этот вопрос, пришли к выводу, что тем самым был насильственно прерван естественный путь развития России, и ее царям пришлось избрать западный вектор, который в конечном итоге не пошел ей на пользу.

— И это несмотря на петровские реформы?! – воскликнул Николай.

— А что они вам дали? – спросил невидимый собеседник. – Согласитесь, что, встревая в европейские дела, Россия больше теряла, чем выигрывала. Вспомните, что писал в свое время российский гений Михаил Ломоносов: «Российское могущество прирастать будет Сибирью и Северным океаном и достигнет до главных поселений европейских в Азии и в Америке».

— Вот как? – удивился Николай. – А я помню, что в этой фразе говорилось не о могуществе России, а о ее богатстве. Да и про Азию с Америкой тоже обычно забывали.

— «Мы ленивы и нелюбопытны», – укоризненно произнес Фредди. – Это сказал еще один русский гений. А цитата Ломоносова взята из его статьи «О приуготовлении к мореплаванию Сибирским океаном». В ней есть и такие слова: «Таким образом, путь и надежда чужим пресечется…»

— Фредди, – усмехнулся Шумилин, – а вы неплохо знаете нашу историю и литературу.

— Работа у меня такая, – ответил голос. – Я вообще-то историк и потому обязан знать основные тенденции развития исторического процесса в большинстве стран мира.

— Так вы считаете, что Россия должна резко изменить свою историю второй половины семнадцатого века и попробовать обойтись без реформ Петра I со всеми их издержками? – спросил Николай.

— А вы считаете иначе? – ответил голос.

— Бог его знает, – честно признался Николай. – Вы заставили меня задуматься, а это уже неплохо. Но не я решаю подобные вопросы. И даже не Александр Павлович.

— Коля, – задумчиво произнес Шумилин, – мы уже обсуждали то, что сказал сейчас Фредди, с твоим отцом, Антоном и полковником Щукиным. К определенному мнению мы пока не пришли. Надо будет посоветоваться с твоим тестем. Но как ему это все преподнести?