Книга Канцлер Мальтийского ордена: Вежливые люди императора. Северный Сфинкс. К морю марш вперед!, страница 482 – Александр Харников

— Этому умному шотландцу удалось создать оружие, которое стало лучшим в мире.

— Так уж и лучшим? – удивился я. – Хотя…

Я внимательно рассмотрел устройство ружья Фергюсона. Оно имело стандартный для того времени калибр – миллиметров пятнадцать. Затвор представлял собой поперечную, вертикально расположенную пробку, ввинченную снизу в казенную часть ствола. Закручивалась и вкручивалась эта пробка спусковой скобой, причем шаг у резьбы был такой, что один полный оборот воротка полностью опускал затвор. Как только доступ к каналу ствола открывался, в патронник вкатывалась стандартная мушкетная пуля. За ней засыпался пороховой заряд в дозе чуть большей, чем требовалось для выстрела. Закрытый затвор выталкивал лишний порох наружу, зато при плотной герметизации решалась актуальная проблема обтюрации (когда энергия пороховых газов не рассеивалась, а устремляла пулю строго в требуемом направлении). А вот ударно-кремневый замок имел такую же конструкцию, что и замки у обычных мушкетов.

После того, как пуля и пороховой заряд закладывались в патронник, затвор завинчивался в исходное положение. Курок ставился на предохранение, порох насыпался на полку замка, курок взводился на боевой взвод, а далее производился выстрел.

Я взвесил винтовку Фергюсона на руке. Она весила примерно три-четыре килограмма. Не так уж и много. Если таким оружием вооружить наших егерей… А что, тогда они просто выкашивали бы противника, поражая с большой дистанции вражеских офицеров, артиллеристов, словом, всех тех, кто представляет для нас наибольшую опасность.

— А вы знаете, – оторвал меня от размышлений хранитель, – когда Фергюсон показал сделанное им оружие королю Англии, то тот пришел в восторг. Еще бы – для демонстрации дальнобойности конструктор сделал за минуту четыре выстрела по цели, находящейся на расстоянии в 200 ярдов^[200]. Чтобы продемонстрировать скорострельность, он произвел шесть выстрелов за минуту и еще четыре выстрела за минуту, маршируя походным шагом. Особенно удивила всех демонстрация неприхотливости оружия: зарядив винтовку, Фергюсон вылил в дуло бутылку воды, подождал, когда порох пропитался, вытряхнул его, засыпал сухой порох и, защелкнув затвор, произвел выстрел. Потом он выстрелил со ста ярдов лежа на спине и попал в цель. Из пятнадцати выстрелов не попало только три пули.

— А почему это оружие так и не поступило на вооружение британской армии? – спросил я.

— Все дело в цене, – вздохнул мой собеседник. – Стоимость изготовления такого ружья была примерно в четыре раза больше, чем производство обычного мушкета.

— Я слышал, что Фергюсон, получив в награду за свое изобретение чин майора, изготовил около сотни ружей, вооружил ими отряд стрелков и отправился с ними в Америку. Там как раз началась война между британцами и их мятежными колонистами.

— Да, там он сражался в неудачной для британской короны войне и погиб во время одного из сражений. После его смерти ружей его конструкции никто больше не делал. Неизвестно, каким путем одно из ружей Фергюсона попало в руки светлейшего князя Потемкина.

Я еще раз взглянул на винтовку. Конструкция сравнительно простая. А что она дорогая, так хорошие вещи всегда стоят дорого. К тому же жизнь наших солдат вообще бесценна. Егеря генерала Багратиона, получив ее и научившись правильно вести из нее огонь, маскируясь на местности, станут лучшими бойцами в мире.