Книга Канцлер Мальтийского ордена: Вежливые люди императора. Северный Сфинкс. К морю марш вперед!, страница 308 – Александр Харников

Чтобы немного угомонить ее, подполковник Баринов с моего согласия решил припахать мою дочурку – поручил ей провести небольшой экономический ликбез с Николаем Резановым. Он был приставлен к Василию Васильевичу Патрикееву в качестве секретаря. В наше отсутствие горячие шведско-польские парни напали на него и проткнули ему легкое кинжалом. Слава богу, Резанов выжил и сейчас его здоровье пошло на поправку.

Судя по выражению Дашкиной физиономии, это предложение не шибко ей понравилось. Но делать нечего – она направилась к главному герою «„Юноны“ и „Авось“», чтобы побеседовать с ним о таких скучных вещах, как финансы. Впрочем, уходя, она шепнула мне, что ей любопытно посмотреть на Резанова, жениха несчастной Кончиты.

А я отправился к Кулибину. Как оказалось, Иван Петрович тоже зря время не терял. Мало того, что ему удалось построить вполне работоспособный перегонный куб для нефти, из которой он получил некий суррогат бензина, Кулибин решил изготовить паровую машину, взяв за основу паровую машину англичанина Джеймса Уатта. Перед отъездом в Ревель я рассказал ему об агрегате, который установил Ричард Тревитик на своих повозках, и о пароходе американца Джеймса Фитча, продемонстрировавшего в 1787 году свое детище на реке Делавэр. Правда, на этом пароходе движитель был в виде весел. Но уже на «Шарлотте Дандас» в 1803 году шотландец Уильям Саймингтон установил гребное колесо, и пароход ходил по каналу между Фортом и Клайдом.

Кулибин решил построить паровую машину и установить ее на буксирах, которые будут водить баржи по Неве и Ладожскому озеру. Я же встретился с адмиралом Ушаковым и убедил его начать строительство боевых кораблей, которые могли бы защитить с моря Петербург.

Иван Петрович забыл о своей идее-фикс – построить вечный двигатель, и с азартом стал работать над паровой машиной. Я рассказал ему о ее перспективах. Двигатель можно будет устанавливать не только на повозках и кораблях, но и с его помощью вращать механизмы на фабриках и заводах, приводить в движение насосы, откачивающие воду в шахтах, словом, принести огромную пользу нашему Отечеству.

Кулибин сразу сообразил, что строительство паровых двигателей – весьма выгодное дело, и настолько увлекся работой, что совсем забыл об отдыхе и о своем почтенном возрасте. Пришлось даже чуток попридержать его, пообещав поддержку, как инженерную, так и финансовую. Ведь мы с Димкой теперь богаты – часть добычи с потопленных британских кораблей по закону была нашей. И деньги не должны лежать в кубышке без толку – их надо вложить в какое-нибудь дело.

При очередной встрече с императором я рассказал ему о наших прожектах. Тот довольно быстро ухватил суть наших предложений и обещал нам полную поддержку.

— Алексей Алексеевич, – сказал Павел, – переговорите с государственным казначеем тайным советником Державиным. Он умный и честный человек и сможет вам помочь.

— Державин?! Гавриил Романович?! – я не знал, что замечательный русский поэт, помимо всего прочего, занимался коммерцией и был в царствование Павла Петровича президентом Коммерц-коллегии.

— Да, именно к нему, – усмехнулся император. – Помнится, что недавно он высказывался за развитие нашей внешней торговли и призывал российское купечество «все свои обратить силы на Левант, на Индию, на Китай и Америку, которые давно, простирая руки, просят, чтобы россияне брали от них сокровища без всяких соперничеств весьма выгодным образом».