Онлайн книга «Канцлер Мальтийского ордена: Вежливые люди императора. Северный Сфинкс. К морю марш вперед!»
|
Я несколько раз прочитал адрес, убедился, что запомнил его, после чего поджег листок от огонька свечи и сунул его в пепельницу. Дождавшись, когда он сгорит, я разворошил пепел. — А что именно мне предстоит сделать? — Ваша задача – всячески мешать строительству новых русских батарей, а появится возможность – взорвать пороховые погреба. Если вам повезет и вы сумеете найти людей, то попытайтесь повредить либо уничтожить русские корабли в порту. Я присвистнул, словно какой-нибудь простолюдин. Задача была весьма и весьма нетривиальна. — А как к русским относится местное население? — Большей частью лояльно, кроме небольшого количества людей, завязанных на торговле с нами. Зато у вас там уже собрана неплохая команда. Осталось лишь ее возглавить. — Понятно. И еще… У меня скоро закончатся деньги. К тому же для выполнения полученного мной задания понадобятся полновесные британские гинеи. — Вот они, в этой сумке. То, что в этом отделении – для вас. А в этом – для ваших людей. Надеюсь, хватит? — Хватит, – кивнул я, бегло ознакомившись с содержанием сумки, и произнес обычную в таких случаях клятву о том, что эти деньги пойдут на пользу и во благо Соединенного Королевства и Его Величества. * * * 27 марта (8 апреля) 1801 года. Санкт-Петербург. Михайловский замок. Патрикеев Василий Васильевич, журналист и историк Богу – Богову, а кесарю – кесарево… Военные пусть как следует обдумают, как им лучше уконтрапупить этого однорукого лорда, а мне следует потолковать с графом Ростопчиным о делах политических. Вернувшись из временной ссылки, Федор Васильевич развил бурную деятельность. Оказывается, в бытность его фактическим главой русской дипломатии, он занимался делами, в нашем веке более подходящими для другого ведомства. Говоря проще, Ростопчин курировал нашу зарубежную политическую разведку. И не только политическую. В начале XIX века еще не была создана военная разведка, и русским дипломатам приходилось по мере сил и возможностей помогать своим вооруженным силам. Граф с его неуемным характером вникал во все тонкости шпионских игр. К примеру, он узнал, что идет активная переписка между некоторыми российскими знатными особами и их корреспондентами, живущими в Германии и Англии. Перлюстрация писем ничего не дала – они были вполне безобидны по своему содержанию. Но Ростопчин догадался, что самое интересное вписано между строк лимонных соком и прочитать написанное можно только после соответствующей обработки. Но если даже тайные строки становились вполне читаемыми, то понять, о чем в них шла речь, было затруднительно, так как переписка велась с помощью шифра. Да и потом такое письмо приходилось уничтожать. Но хитроумный Ростопчин нашел выход из создавшейся затруднительной ситуации. Он рассуждал вполне здраво: если нельзя самим прочитать зашифрованное шпионское донесение, то надо сделать так, чтобы его вообще никто не мог прочитать. К тому же затруднительно прочитать все письма, адресованные лицам, живущим за границей. По приказу Ростопчина на границе, ссылаясь на опасность эпидемии, были установлены своего рода санитарные посты. Пересекающих границу людей заставляли обтирать одежду и обувь тряпками, смоченными в уксусе. Такой же процедуре подвергали все личные вещи. А письма опускали в уксус, который растворял все написанное лимонным соком. |