Онлайн книга «Крымский излом: Крымский излом. Прорыв на Донбасс. Ветер с востока»
|
В экономике американцы, заключив Бреттон-Вудское соглашение, получили под свой контроль четыре пятых всего мирового производства. Даже в самом лучшем 1975 году производство в СССР и странах соцлагеря составляло около пятидесяти пяти процентов от производства США и около двадцати процентов от мирового. Я человек военный и могу сказать только одно, лучшее ПВО – это наши танки на их аэродромах. Чтобы избежать угрозы, мы должны включить окраины Евразии в состав СССР. Тем самым мы убьем двух зайцев – лишим американскую военщину плацдармов для разжигания войны и обеспечим экономический паритет между системами. Сталин бросил на меня быстрый взгляд. — Вы считаете, что это возможно с военной точки зрения? — Да, товарищ Сталин, я так считаю. В нашей истории Красная Армия в основном проводила операции не на окружение и уничтожение, а на вытеснение противника с советской территории. В противоположность ей вермахт с самого начала вел войну на уничтожение, стремясь окружить советские войска и принудить их к капитуляции. Вы помните, что при такой тактике немецких войск осталось от нашей армии мирного времени примерно к середине октября? Это когда вы сказали советским генералам, что они просрали СССР. Помните? — Помню, – угрюмо сказал Сталин и посмотрел на меня. – Так вы предлагаете нам обернуть немецкую тактику против самих же немцев? Я кивнул. — Товарищ Сталин, мы не просто предлагаем. Операция «Полынь», как и освобождение Крыма, были целиком и полностью скомпонованы из немецкой доктрины мобильной войны. Это же касается планируемой «Молнии». Ни один немецкий солдат не должен вернуться в Европу иначе, чем отработав десять лет на лесоповале. Тогда мы на фронте задолго до сорок пятого года увидим немецких стариков и подростков из фольксштурма. Да и война кончится гораздо быстрее. Надо только правильно соразмерять силы и ловить немцев на фланговых контрударах. — Мы вас поняли, – Сталин встал и прошелся по кабинету, – вы считаете, что Гвардейский мехкорпус осназа – это подходящий инструмент для подобных операций, но одного мехкорпуса мало… Нужно два, три или четыре, как у немцев. Я тоже встал. — На первом этапе предлагаю переформировать в рейдовый мехкорпус 1-ю гвардейскую танковую бригаду Катукова. — Хорошо, товарищ Бережной, – Сталин пожал мне руку, – мы обдумаем ваши слова. 3 февраля 1942 года, полдень. Атлантический океан, сто миль на траверзе Лиссабона Боевая рубка линкора флота его величества «Родней» Атлантика сегодня явно была не в духе. Еще с вечера погода начала портиться, а ночью разыгрался самый настоящий шторм. Огромный линкор мотало на волне, как миноносец, на которых сэру Эндрю Брауну Каннингему довелось послужить в прошлом. Но хуже всего было то, что ночью воздушная разведка потеряла русскую эскадру. Ее командир, мальчишка и сопляк по сравнению с сэром Эндрю, как-то умудрился обмануть всех и раствориться в просторах Атлантики. Около полуночи, в точке, где русские должны были повернуть на норд, экипаж дежурного дальнего разведчика «Сандерленд» обнаружил, что его радар не показывает ничего, кроме сплошной засветки. Связь с базой и командованием тоже отсутствовала, вместо привычного воя помех в эфире стояла гробовая тишина. Радиокомпас перестал принимать сигналы приводных станций и стал бесполезен. И тогда командир экипажа кэптэн Мэтфорд принял самое правильное решение. Ориентируясь только по полугирокомпасу, он развернул самолет строго на восток. Где-то там был берег и родная база. |