Онлайн книга «Крымский излом: Крымский излом. Прорыв на Донбасс. Ветер с востока»
|
Чуть поодаль в ряд выстроилось еще несколько таких же машин. Кроме них двор был буквально забит разнообразными «танкообразными». Тут были и машины с огромными, как гора, сдвинутыми назад башнями, вооруженные длинноствольными пушками чуть ли не шестидюймового калибра. Были и остроносые боевые машины, судя по всему, плавающие, в маленьких конических башенках которых умещалось аж по две пушки: одна большого и одна малого калибра. Были и огромные грузовики с широкими колесами, рядом с которыми ЗиС-5 выглядел игрушечным автомобильчиком. А в конце двора, закутанные в брезент, стояли машины вообще неизвестного назначения. И еще – все буквально кипело жизнью, несмотря на раннее утро. Экипажи были рядом со своей техникой, копались в моторах, простукивали пальцы на гусеницах. В углу двора несколько бойцов перекрашивали два немецких полугусеничных тягача в наши родные цвета. Капитан Олейников сдвинул шлем на затылок. — Ну, дела! И куда нам тут, товарищ майор госбезопасности, приткнуться в эдаком Вавилоне? Особист махнул рукой куда-то внутрь двора: — А вон идет командир танкового батальона майор Деревянко вместе с зампотехом. Они вам все и растолкуют. Майор Деревянко, седоватый мужчина средних лет, невысокий, широкоплечий, чуть косолапый, только махнул рукой, показав, куда капитан Олейников должен загнать свои танки. Увидев, что майор госбезопасности освободился, я козырнул ему: — Интендант 2-го ранга Симонов, – и протянул свои документы, в том числе и редакционное предписание. – Редакция «Красной Звезды» дала мне задание сделать очерк о героической мехбригаде и ее командире, полковнике Бережном. — Симонов, Константин Михайлович? – как-то исподлобья посмотрел на меня особист, бегло просмотрев мои документы. Я кивнул. – Вот те номер! А ведь только вчера товарищ Бережной вспоминал о вас, говорил, что первого января вы были в Феодосии, а потом след потерялся. Он большой ваш поклонник, между прочим, ставит вас выше Твардовского… Я с недоумением сказал майору: — Первого и второго я действительно был в Феодосии, третьего с редакционным заданием прибыл в Севастополь. Четвертого вечером вышел на подводной лодке к Констанце. Вернулись вчера, – я вздохнул, – а в Севастополе все вверх дном. Немецкой осады нет, 11-я армия разбита, пленные румыны улицы метут, как заправские дворники… А в Северной бухте стоят на якорях корабли под Андреевским флагом и – представляете мой шок! – среди них авианосец. И тут в политотделе Севастопольского района я узнаю, что все это наворотила мехбригада полковника Бережного. Там же мне и передали вот эту бумагу с редакционным заданием и сказали, что сейчас бригада находится в районе Перекопа. На станции встретил капитана Олейникова, который грузил свои КВ на платформы. Я знал его еще лейтенантом на Халхин-Голе. Разговорились. Он мне и сказал, что их передают в мехбригаду ОСНАЗа и как раз в районе Перекопа. В его эшелоне доехал до Армянска, ну а там и выяснилось, что нам в одно и то же место. А что, что-то не так, товарищ майор госбезопасности? Может, вы все-таки объясните – что происходит? — Все так, товарищ Симонов, и объяснить тоже можно… Только вот попали вы в такое место, в котором автоматически становитесь секретоносителем высшей категории. Мы еще выясним, кто дал вам это задание, и поверьте, разговор с этим человеком будет очень серьезный. Вас же не пустили на те, «царские» корабли, в Севастополе? |