Онлайн книга «Прорыв на Донбасс»
|
А стоит запустить турбины хоть на одной машине, и танковый парк покажется детским криком на лужайке. — Хорошо, — кратко ответил Сталин, и вместе с командиром авиагруппы подошел к капониру с Су-25. Его взгляд остановился на подполковнике "Железняке". При этом на лице Василия не дрогнул ни один мускул. Сталин повернулся к полковнику Хмелеву и спросил, — Скажите, товарищ полковник, а что может сказать командир авиагруппы о летчике Железняке? О его напарнике, капитане Александре Ивановиче Покрышкине, мы слышали много хорошего. Как я понимаю, попав в состав вашей авиагруппы, он только подтвердил свою репутацию расчетливого и грамотного пилота. А вот товарищ Железняк ранее совершал поступки несовместимые с его высоким званием и положением. А как сейчас обстоят у него дела с дисциплиной? — Товарищ Сталин, — ответил подполковник Хмелев, — если не считать нескольких мелких происшествий, подполковник Железняк, вполне соответствует занимаемой должности. — Драку с пилотом соседнего полка вы считаете мелким происшествием? — нахмурился Верховный Главнокомандующий. — За нее он был наказан согласно дисциплинарного устава, — отрезал полковник Хмелев, — и отсидел на гауптвахте ровно столько же, сколько я назначил бы любому другому моему подчиненному. Тем более что это была и не драка, а так, выяснение отношений с рукоприкладством. — Ладно, — махнул рукой Сталин, — если он уже наказан… — и обратился к подполковнику, — Смотри, Васылий, если ты и здесь обосрешься, то можешь больше вообще не показываться мне на глаза. Бэри пример со своего командира. Мне докладывали, что он тоже любит побезобразничать, но страдают от его проделок исключительно немцы. А вас, товарищ Покрышкин, мы благодарим за образцовое выполнение боевых заданий особой важности. Есть мнение, что вам пора присвоить очередное воинское звание гвардии майор. — Служу Советскому Союзу, товарищ Верховный Главнокомандующий, — ответил товарищу Сталину гвардии майор Покрышкин, который еще полтора месяца назад был старшим лейтенантом. — Благодарю за доверие. — Ви его вполне оправдываете, — кивнул Сталин и повернулся к строю. — Товарищи, от лица партии и правительства выражаю вам благодарность за тот неоценимый вклад, который вы внесли в нашу будущую Великую Победу. Благодаря вашим грамотным и умелым действиям люфтваффе за последние полтора месяца понесло на фронте сокрушительное поражение. Выбиты их зубы, отсечена их правая рука и охромели они на правую ногу. Благодаря вашей помощи, наши ВВС, сильно пострадавшие от вероломного нападения фашистов, смогут оправиться, и переломить ситуацию в небе войны в нашу пользу. Поскольку все вы делали одно дело и делали его настолько хорошо, насколько могли, Указом Президиума Верховного Совета СССР всем вам присваивается очередное воинское звание, и звания Героев Советского Союза с награждением медалью Золотая Звезда и орденом Ленина. В дальнейшем вы будете все реже подниматься в небо, ибо ресурс техники не безграничен. Но помните, что каждое задание, которое вам доведется выполнять, будет носить гриф "Особо Важное". И еще раз, дорогие товарищи — спасибо вам за все. Сначала над аэродромом царила абсолютная тишина, через несколько секунд взорвавшаяся бурными аплодисментами и криками ура. — Товарищ генерал-майор авиации, — сказал Сталин командиру особой авиагруппы, когда наступила тишина, — распускайте людей, нечего держать их на морозе. И скажите, где тут у вас есть место, где вы с вашим начальником инженерной службы мы могли бы устроить небольшое совещание с прибывшими со мной товарищами конструкторами? Вы не беспокойтесь, они уже дали все необходимые расписки, поскольку и сами каждый день творят что-то секретное. — Товарищ Сталин, — сказал новоиспеченный генерал-майор авиации Хмелев, — давайте пройдем в наш штаб. Там можно поговорить с соблюдением режима секретности. Правда, будет тесновато, но, надеюсь, все уместимся… |