Книга Октябрь, страница 160 – Александр Борисович Михайловский, Александр Харников

При первых же звуках этого голоса Дзержинский открыл глаза и огляделся, всем своим видом будто говоря: где тут эта сволочь?

При прослушивании записанного диалога Ленин с Дзержинским реагировали по-разному. Феликс Эдмундович тут же превратился в слух, пытаясь запомнить и проанализировать все нюансы, отстраняясь при этом от моральной стороны вопроса. Ленин же, наоборот, воспринимал все достаточно экспрессивно, постоянно порывался вскочить со стула и произнести речь. А ведь ему было, от чего нервничать. С поступлением информации из будущего, в его неслабом, надо сказать, мозгу уже сложилась обновленная теория поэтапного построения социализма. Сначала взять власть в одной стране – России, потом провести ее социализацию и индустриализацию. Потом, раз мировая война под номером два все равно неизбежна, превратить ее в победный марш советских армий до Ла-Манша на Западе и до Сайгона на Востоке. Снова социализация и новый рывок, теперь уже за океан.

Ильич понял то, что в свое время не дошло до Хрущева, Брежнева и их последователя Горбачева. Преимущества советской системы в развитии. Нельзя останавливаться и снижать планку. Планы правительства должны быть хоть и реалистичными, но до предела амбициозными, можно сказать, на грани возможного. При таком раскладе, с учетом недопущения гражданской войны, ускорения развития и помощи медиков из будущего, у Ильича появилась надежда самому дожить до этого самого социализма и, что называется, потрогать его своими руками.

И тут этот нехороший человек Яша впутывает в нашу революцию французскую разведку… Нет, это французская разведка впутала Яшу в нашу революцию. Впрочем, какое там – два родных брата пытаются сделать в России семейный гешефт.

Переворот в партии, осуществи его сейчас Свердлов, скорее всего, означает, что товарищ Ленин не увидит никакого социализма. Ленин тогда вообще ничего не увидит, кроме безвременной и безымянной могилы, как и товарищ Сталин, вместе со всеми товарищами из будущего. А в России начнется такое, по сравнению с чем Гражданская война из мира пришельцев покажется детской игрушкой. Этим только дай дорваться.

Да, информация вышла совершенно убойная, и решение нужно было принимать быстро.

— Не ударим мы, – решил Ильич, – ударят по нам. Как говорил в их прошлом, а в нашем будущем Коля Бухарин: «В революции побеждает тот, кто первым проломит голову другому».

И ведь уже изменился баланс сил в партии, и сложилась так называемая Большая Тройка – Ленин, Сталин и Дзержинский.

Он, Ленин, был и остается крупнейшим авторитетом в марксизме, а Сталин и Дзержинский резко набрали политический вес, получив от появившейся из будущего эскадры полную и неограниченную поддержку. Теперь, убрав Свердлова и его группу, можно будет отодвинуть на второй план некоторых товарищей, не понимающих тонкостей политического момента. А уж группировку бундовцев и межрайонцев, с благоволения Якова Свердлова севших летом на большевистский поезд, снова высадить на пустой и холодный перрон.

Немного успокоившись, Ильич распорядился срочно созвать заседание ЦК для того, чтобы:

— …обсудить пегсональные вопгосы этих мегзавцев, – как всегда, волнуясь, Ильич картавил больше обычного.

Обсуждение персональных вопросов в этом контексте могло означать только вывод из состава ЦК и исключение из партии большевиков. Уж на это у блока Ленина – Сталина голосов в ЦК хватало вполне.