Онлайн книга «Русские своих не бросают»
|
— А я? — Естественно, вы тоже отправитесь с мужем. — Алекс, скажите, а вы сможете спасти ногу Джону? — Конечно, сможем, миссис Катберт, у вашего сына был перелом похуже, а он скоро уже будет ходить и даже танцевать. Но лечение вашего мужа продлится несколько недель, а то и месяцев. — Я все оплачу! Алекс улыбнулся: — Мы за лечение пострадавших от террористов (я еще подумала, что это за слово такое?) денег не берем. Сейчас подойдут ребята с носилками для мистера Катберта, если хотите, вы можете отправиться вместе с ним… Тут вдруг подал голос молодой датчанин из Королевской мануфактуры. Алекс переспросил у него на незнакомом мне языке, но тот радостно закивал и что-то ответил. Через две минуты Алекс сказал мне: — Господин Магнуссон, к счастью, говорит по-немецки. Он говорит, что возьмет ваши ящики обратно и привезет их вам перед вашим отправлением в Петербург. Более того, он готов помочь нам подвезти вашего мужа к шлюпке. Коляска с рессорами, так что ход будет мягким. Пойдемте! Алекс и молодой Магнуссон сгрузили ящики и поставили их у дымящихся развалин гостиницы, после чего бережно положили на бричку Джона и молодую женщину, которой Алекс оказывал помощь до нас. Я побрела вслед за повозкой к причалу. 26 октября 1854 года. Оранжерея Кенсингтонского дворца Виктория, королева Соединенного королевства Великобритании и Ирландии, Генри Джон Темпл, 3-й виконт Пальмерстон, премьер-министр Соединенного королевства Великобритании и Ирландии — Виконт, я бы пригласила вас на прогулку в парк, но при таком дожде лучше будет, если мы посидим здесь, в оранжерее, – улыбнулась Виктория. – Я приказала подать сюда послеобеденный чай. — Ваше величество, – почтительно склонил голову Пальмерстон, – мне кажется, что в парке нас могли бы подслушать, даже если он и закрыт сегодня для публики. Ведь та информация, которой я хотел бы поделиться с вашим величеством, не для посторонних ушей. — Вы меня заинтриговали, виконт, – кокетливо произнесла королева. – Тогда давайте немного подождем, лакеи должны уже закончить сервировать столик. Джон, – Виктория повернулась к одному из слуг, высокому и худощавому мужчине с пышными бакенбардами, – проследите, чтобы никто нас не потревожил. Если вы мне понадобитесь, то я позвоню в колокольчик. Джон поклонился и сказал с шотландским акцентом: — Да, ваше величество. Позвольте налить вам чаю. И вам, виконт. Еще раз поклонившись, он вышел. Пальмерстон улыбнулся уголками губ. Граф Дарби, один из его предшественников на посту премьер-министра, завел в свое время информаторов среди слуг, и двое из них сами пришли к Пальмерстону и согласились, за небольшое вознаграждение, работать теперь на него. Первое, что узнал Пальмерстон, это то, что за глаза Виктория его очень не любит и обзывает «несносным старикашкой». Его это забавляло, не более того – куда она без него денется? А вот ее отношения с мужем и детьми оказались далеки от того идеала, каковым их представляла английская пресса. Оказалось, что если на публике Виктория и Альберт были практически идеальной парой, то на самом деле Альберт боялся свою венценосную супругу как огня, и даже не раз сетовал своему камердинеру, что он опасается, что от своего деда, короля Георга III, она унаследовала безумие. |