Онлайн книга «Русские своих не бросают»
|
— Конечно слышал! Это та самая, которая разбила англичан и французов! – кивнул Витольд. – Но… — Так вот, мы с доктором Николаевым – с той самой эскадры. Мы прибыли из XXI века. И я – ваш прапрапраправнук. Подпоручик остолбенел. Он с удивлением уставился на меня. Саша, продолжавший обход, посмотрел на меня весьма сурово – мол, смотри, пациенту здоровье испортишь. К счастью, похоже, кроме нас с Витольдом, никто в палате не знал польского – все занимались своими делам – кто спал, кто разговаривал друг с другом. Но Витольд вдруг пришел в себя и сказал: — Так вот почему вы так похожи на моего отца… Практически копия, только выше его на целый фут. В голове не укладывается – люди из будущего. Понятно теперь, почему вы так быстро разгромили тех на Балтике и почему так быстро смогли переломить ход вчерашнего боя. И перстень ваш – он мой, только другая его – как бы это сказать – ипостась… — Именно так. И зовите меня Ником. Все-таки я ваш потомок. И можно на «ты»… — Смешно, правда? Вы… ты – мой потомок, но ты меня старше по возрасту и по званию… Ну тогда хоть зови меня «Витя», как Настя моя называет. А то для «дедушки» я слишком молод. И спасибо тебе за то, что ты мне рассказал про моего будущего сына… А у тебя детей нет? — Есть невеста. В Петербурге осталась. Витя, обязательно приезжай с бабушкой… в смысле, с Настей, на свадьбу! Сразу после нашей победы. — Приедем, конечно. Скажи, а что со мной случилось в тот раз? Ну, задолго до твоего рождения? — Убили тебя при Альме. Точнее, ранили тяжело, а спасти не удалось – супруге твоей написали, что началась гангрена. Но, как видишь, все изменилось. И при Альме тебя даже не ранило, и сейчас, у Камышовой, ты выжил. И далее будешь жить, доктор Николаев обещал тебя на ноги поставить. — А потом мы с тобой вместе будем бить неприятеля! — Если доктор разрешит, тогда, конечно, да. Ладно, давай я потом еще приду – а то видишь, как он на меня смотрит. Жалеет, небось, что привел. — Хорошо, Миколай! Буду ждать. Мы обнялись, я помахал Саше рукой и вышел. Конечно, надо было бы поговорить и с другими пациентами, но после встречи с Витей я уже не мог ни о чем другом думать. Ведь не каждый день бывают такие случаи… А статью я как-нибудь напишу, не впервой. 14 (26) сентября 1854 года. Борт «Ансата» Подпоручик Гвардейского флотского экипажа Шульгин Игорь Евгеньевич «O sole, o sole mio sta ‘nfronte a te, sta ‘nfronte a te», – я мурлыкал под нос любимую неаполитанскую песню мамы. Да, она сильно огорчилась, когда я, после того как меня приняли в Московскую консерваторию, решил сначала отдать долг Родине. Попал я к вертолетчикам, но к самим вертолетам меня, как и прочих срочников, не подпускали – как в том анекдоте, «руками ничего не трогать, кормить собак», – то есть делать всю подсобную работу. Я решил, что не хочу быть певцом, а хочу быть авиатором. И именно вертолетчиком, хотя мой отец, бывший военный летчик, ныне работающий на региональных рейсах, не считал их за настоящих летчиков. Потом было летное училище, карьера штурмана… И вдруг, при Сердюкове, нашу часть расформировали, и мне пришлось переквалифицироваться – стыдно сказать – в приемщики; поэтому, как только контракт закончился, я покинул родные ВВС и отправился в Казань, на местный вертолетный завод, о чем ни разу не пожалел. Хотя петь любил, но только для друзей. Особенно противоположного пола. |