Книга Вечерний Чарльстон, страница 45 – Александр Харников, Максим Дынин

В доме богатого купца – старого знакомого великого визиря – мы и встретились, дабы обсудить новый внешнеполитический вектор империи османов.

Хотя Мустафе Решид-паше уже было за пятьдесят, выглядел он неплохо. Лишь темная борода и усы великого визиря сильно поседели, да под глазами турецкого вельможи можно было заметить отеки. Похоже, что недавние события все же сказались на его здоровье.

Тем не менее великий визирь тепло приветствовал нас, а его кахфеджи уста^[43] поспешил угостить нас благородным напитком, не забыв поставить на резной столик стаканы с холодной водой и блюдечки с рахат-лукумом.

Мы, соблюдая восточный этикет, не стали спешить с делами, а отдали должное ароматному кофе и мастерству кахфеджи уста. Потом, когда чашечки с кофе опустели, наш гостеприимный хозяин предложил кальян. Я, не имея дурной привычки портить воздух табачным дымом, вежливо отказался, а Шеншин, достав из кармана папиросы, щелкнул бензиновой зажигалкой и с удовольствием сделал несколько затяжек.

Дождавшись окончания «кофейной церемонии», мы устроились поудобней на мягкой оттоманке^[44] и приготовились к разговору, который, возможно, на долгие годы определит направление внешней политики Турции.

— Господа, – произнес великий визирь, – мой повелитель, султан Абдул-Меджид – да будут долгими годы его жизни – окончательно решил, что участие Великой Порты в запутанных европейских делах только наносит вред державе османов. Многие пользуются доверчивостью и неопытностью турок и заставляют их таскать для себя каштаны из огня. Наглядный тому пример – последняя война, которая по милости Аллаха недавно закончилась. Так ли было важно для нас, кто из европейских христиан будет владеть вашими святыми местами в Иерусалиме? Для нас, мусульман, важнее Аль-Акса, мечеть, построенная на том месте, куда пророк Мухаммед – да благословит его Аллах и приветствует – попал, совершив чудесное путешествие из Мекки в Иерусалим, и откуда он вознесся на небо^[45].

Мустафа Решид-паша благоговейно поднял глаза вверх и стал перебирать янтарные четки. Мы с Шеншиным переглянулись. Главное, то, что мы хотели узнать, нами было услышано. Но, как оказалось, сказанное великим визирем было лишь прелюдией к дальнейшему разговору.

— Я хочу, чтобы вы передали вашему повелителю, – произнес наш собеседник, – что Российской империи теперь не следует опасаться империи османов. Скажу больше – ваши враги стали и нашими врагами. Мы никогда не простим коварным британцам предательское нападение на нашу столицу. Разрушенные минареты Айя-Софии взывают к мести. И мы найдем способ отомстить этой подлой нации, которой управляет распутница на троне.

— Эфендим, – Шеншин первым прервал молчание, наступившее после гневных слов великого визиря, – вы намерены объявить войну Британии?

— А разве то, что произошло в Стамбуле, не является объявлением войны? – спросил великий визирь. – Мы не собираемся, как Дания, терпеть подлые нападения на наши города. И англичане стали для нас врагом, которого следует истреблять при первой же возможности.

— Да, но сама Англия находится на острове, а Османская империя не располагает большим флотом, с помощью которого можно было бы нанести смертельный удар Британии, – сказал я.

— У Англии достаточно чувствительных мест и вне островов, на которых она расположена, – хитро улыбнулся Мустафа Решид-паша. – Например, Индия…