Онлайн книга «Вечерний Чарльстон»
|
Физиономия Энгельса все это время наливалась краской, и наконец он не выдержал, вскочил и заорал истошным голосом, брызжа слюной: — Все равно ваша отсталая азиатская страна обречена! Теодор лишь вперил в немца тяжелый взгляд и сказал что-то спокойным голосом по-русски. Звучало это примерно так: — Povtoree, kulturtreger mokhnorili? Энгельс понял, что дело принимает скверный оборот, плюхнулся обратно на сиденье, съежился и заблеял: — Я не это имел в виду, сэр Теодор! Совсем не это! — Uchtee, suka… – добавил Фэллон, посмотрел на меня, чуть улыбнулся и добавил уже своим обычным вежливым тоном: – Небольшое недоразумение, мистер Говард, все в порядке. Передайте мне, пожалуйста, солонку. После этого мы с ним неожиданно начали называть друг друга по имени[40]. А вот теперь мы оказались собутыльниками. — Ну и как твой аквавит? – улыбнулся Тед. — Да так себе… наш виски – особенно мэрилендский – намного лучше. — А не хочешь попробовать настоящего линейного аквавита? Я везу с собой полдюжины бутылок, одну могу распечатать. Он подозвал официанта, расплатился, и мы пошли в его каюту. Аквавит и правда был получше, чем то, что подавали в корабельном баре. И, когда мы выпили за здоровье всех присутствующих (коих, естественно, было лишь двое), я откашлялся и сказал: — Тед, прости меня. Я сначала подумал, что ты – изменник, вроде того самого Герцена, с коим я имел сомнительное счастье познакомиться в Лондоне. Ведь ты бежал из России в Англию и даже был вхож к высокопоставленным особам – а, по слухам, даже к королеве. — Да, я имел удовольствие познакомиться с ее величеством, – кивнул мой собеседник. – Ты только не верь всем домыслам, которые публиковали про меня – и про нее тоже – разнообразные газеты. — Что ты скрашивал ее одиночество, пока ее законный супруг находился в отъезде? — Именно так. И что я это сделал, чтобы получить дворянство и титул баронета. Мне ни дворянство, ни титул не так уж были и нужны – тем более что я и так потомственный дворянин. А еду в вашу страну, где дворянства как такового не существует, что, насколько я помню, закреплено в вашей конституции. Но я не об этом. Насколько мне известно, на американском Юге большинство составляют англофилы. Да, я знаю про твоих дедушек – если я не ошибаюсь, твой дед по отцу храбро и умело сражался с ними во время Войны за независимость, а дед по матери попал в заложники во время Войны 1812 года[41]. Именно тогда он и написал свою поэму «Оборона форта Мак-Генри», отрывок из которой стал известной песней «Звездно-полосатый флаг». — Да, и некоторые считают, что он должен стать нашим новым гимном. Признаться, я не очень это поддерживаю, но… — Станет, – беззаботно сказал Тед, и я с удивлением посмотрел на него – это прозвучало как констатация факта, а не как предположение. – Тем не менее странно, что на юге сильны англофильские настроения. Да, я знаю, многие уверены, что им не обойтись без вашего «короля-хлопка»… — Именно так, а еще и табака. — Поверь мне, именно поэтому они закупают сейчас такое количество хлопка, чтобы в случае непредвиденных обстоятельств не зависеть от поставок с американского Юга. Да и они сейчас сами активно культивируют хлопок и в Индии, и в Египте. И если первая принадлежит англичанам, точнее, Английской Ост-Индской компании, то вторая страна хоть официально и является турецким протекторатом, но экономически давно уже принадлежит нашим английским друзьям. А табак… его англичане начали закупать в Османской империи, так что и здесь они от вас не зависят. |