Книга Визит «Полярного Лиса», страница 78 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

Первым моим сильным впечатлением должен был стать полет туда, но я его почти не помню, потому что вчера вечером, перед погрузкой на транспортный летательный аппарат, у меня как раз начался очередной приступ, и для того, чтобы его купировать, мне вкололи сильное болеутоляющее. От этого укола я перестал чувствовать свое тело и ощутил состояние беспричинной радости, бодрости и оптимизма, после чего долгое время находился в радужной эйфории, наподобие детского волшебного сна. Помню только, что со мной «наверх» летело несколько высокопоставленных раненых, которые, в отличие от меня, пострадали не от мирной болезни, а от вражеских пуль и осколков снарядов. Им вроде тоже делали уколы болеутоляющего, но не такие сильные, и они даже могли переговариваться между собой и шутить в то время, как у меня в ушах звенели колокольчики. Зато хоть желудок болеть перестал, и это уже было большим плюсом. Когда исчезает длительная ноющая боль, время от времени переходящая в острые приступы, этот факт сам по себе может вызвать головокружительную эйфорию.

Но главное головокружение у нас у всех было еще впереди. Там, «наверху», то есть в ангаре для транспортных аппаратов на борту космического крейсера, меня, то есть всех нас, ждало еще одно потрясение. На стене, прямо перед открывшимся для выгрузки люком, во всю высоту в три человеческих роста под надписью «РУССКАЯ ГАЛАКТИЧЕСКАЯ ИМПЕРИЯ» был изображен герб, который заставил меня и моих товарищей на какое-то время застыть в недоумении с мыслью: «Куда мы попали?!» Представьте себе – на ярко-алом фоне огромный двуглавый орел золотого цвета, а между головами орла (там, где на гербе Российской империи была изображена большая корона), большая темно-красная пятиконечная звезда в золотой же окантовке, с расходящимися от нее золотистыми лучами. Более дикого сочетания несочетаемого представить себе было трудно.

Но, как ни странно, после некоторого внутреннего сопротивления я отнесся к этому гербу относительно спокойно, тем более что там одновременно присутствовали и дореволюционные, и советские символы, а над орлиными головами не имелось корон. Уже потом я узнал, что император вообще не носит короны, и на гербе его символизирует именно пятиконечная звезда с лучами.

Итак, после того как у нас у всех прошло первое потрясение, моих раненых товарищей местный медперсонал повез к месту будущего лечения на носилках (точнее, леталках). Но я отказался от подобной помощи и сам пошел за немногословной миниатюрной женщиной по имени Ана (чистокровная сибха) в коротеньком серо-голубом комбинезоне в обтяжку, которая указывала мне путь. Удивительно, но размеры тела у Аны были как у ребенка десяти-двенадцати лет, а формы почти как у взрослой женщины. И посмотрела она на меня при встрече совсем не с детским интересом. Потом я понял, почему неудивительно, что она так на меня смотрела. Дело в том, что девять из десяти встретившихся мне на борту людей были женского пола. У нас обычно в таких местах женщину не встретишь вообще, а тут только они и есть. Получается еще одна загадка.

Еще меня несказанно поразили местные лифты. Это просто пустые трубы с нулевой гравитацией, в которой можно парить до бесконечности, не ощущая ни верха, ни низа. Но это в них не самое главное. Достаточно пожелать, куда тебе надо отправиться – вверх или вниз, и с какой скоростью – и такой лифт начинает перемещать тебя в выбранном направлении. Ощущения как во время полета в детском сне. Правда, прокатиться на таком лифте нам с сопровождающей меня Аной довелось всего один раз. Как она мне объяснила, мы двигались с нижнего яруса, на котором расположены ангары, на два яруса вверх, туда, где находился медицинский блок.