Онлайн книга «Визит «Полярного Лиса»»
|
Мой визави молчал. Неужели и вправду так глубоко задумался о названии? Что ж, это правильно – перед ответственным делом иногда полезно отвлечься мыслями на что-то второстепенное – это позволяет не скопиться нервному напряжению. Однако минуты через две тактик Рокоссовский усмехнулся и сказал: — Речь ведь о песце, правда? Да, все, что вы о нем рассказали – это так и есть, но, кроме того, зверек этот не брезгует и падалью… — Что вы хотите сказать? – спросила я, уже чувствуя, что поднятую тему предстоит копнуть глубже. – Уже не считаете ли вы, что это название не вполне подходяще для боевого корабля? — Да не то чтобы я так считаю… – задумчиво произнес он, – но почему-то мне кажется, что в этом имени есть некий неизвестный нам с вами подтекст… Несомненно, он был прав. А я оказалась не идеально компетентна… Я была уязвлена. Непременно теперь выясню все об этом названии! Хумансы на нашем корабле должны это знать. А пока мне осталось только восхищаться сидящим напротив человеком. Он открылся мне в каком-то ином свете. Да-да, благодаря своим умозаключениям о названии корабля. И вправду – не зря психосканер решил, что он и только он способен организовать оборону Минска таким образом, чтобы все мы оказались в чистом выигрыше по всем позициям, а враг, соответственно, в проигрыше. Его мозг устроен совершенно удивительным образом – он видит смысл и подоплеку там, где другие и не подумают искать… Да ведь он просто необыкновенно гениален! Собственно, и облик его это подтверждает… — Возможно, товарищ Рокоссовский, – пожав плечами, сказала я, – все дело в том, что корабли нашего типа были предназначены к набеговым и диверсионным операциям. Наш корабль должен был наносить внезапные удары в глубине вражеского пространства и тут же отступать, не дожидаясь момента, пока против него не обратятся все силы ада. Когда слабый атакует сильного, он должен использовать все возможности для того, чтобы, причинив врагу ущерб, отступить в полном порядке, вернуться и нанести новый удар. Быстрое пронырливое животное с острыми зубами и хитрым разумом, способное выжить и победить там, где выжить и победить почти невозможно – вот что такое «Полярный Лис», и мы гордимся этим названием. – Я вздохнула и добавила: – Если бы сюда вместо нас явился планетарный линкор или хотя бы тяжелый крейсер-тактик, то уцелевшие перепуганные дейчи уже прятались бы по щелям в своей разрушенной и выжженной стране, а война с их стороны прекратилась бы сама собой. Но, как мне кажется, в такой победе не было бы чести, и ее плоды оказались бы крайне недолговечными. Что далось даром, то даром будет и промотано, и это правило справедливо не только в отношении денежных операций. В ответ он только пожал плечами – то ли признавая мою правоту, то ли отрицая мои слова. Возможно, его отталкивает слово «империя», которое у местных сильно не в чести, а возможно он еще не составил о нас своего окончательного мнения. Мне очень жать, если оно в итоге окажется негативным. Хотя я думаю, что этот хуманс выше расклеивания ярлыков и сумеет разобраться, что является коренным, а что наносным. Наш полет подходил к концу. Еще пять минут – и мы на месте. Начнется большое дело, и будет не до «лирических отступлений», как выражается командир нашего крейсера каперанг Малинин. А пока я смотрю на этого удивительного хуманса, и мне в голову лезут совершенно непрошенные и неподходящие для данного момента мысли… Этот мужчина статен и красив. Необыкновенно умен… Полон достоинства. Да что там говорить – у него редкостный набор генов! Родись он в империи, его гены попали бы в золотой фонд генных банков, и таких, как я, награждали бы ими, будто орденами и медалями… |