Онлайн книга «Помещик»
|
Наверху ждала ещё пара шустрых мертвецов. Первый прыгнул через перила и едва не сбил меня вниз. Я прижался к стене, позволил ему пролететь мимо и полоснул ножом по руке. Этого хватило. Тело рухнуло на ступени и скатилось, сбив по пути какую-то кадку. Второй попытался ухватить меня за горло. После знакомства с Никифором я относился к подобным намерениям особенно неодобрительно. Уклонился, ударил снизу в подбородок и вогнал клинок не глядя, куда пришлось. Камень полыхнул так ярко, что я на мгновение ослеп. Когда зрение вернулось, коридор второго этажа был пуст. В дальнем его конце из-под двустворчатой двери пробивался зелёный свет. Туда же сходились нити — от мертвецов на улицах, от посада и от полыхающей зелёным пламенем внешней орды. Среди них выделялась одна особенно толстая связь. Водитель. Нож дрожал в руке, не переставая. Я перешагнул через тело и направился к двери. Подойдя к ней, замер на секунду, резко выдохнул и толкнул створку. За дверью находился большой зал управы. Днём здесь заседали чиновники, принимали просителей и решали государственные дела с той неторопливостью, какая приличествует людям на казённом жалованье. Сейчас стулья, столы и шкафы были сдвинуты к стенам, освобождая середину. В центре зала горели мертвенным огнём несколько свечей, освещая очерченный кровью круг, посреди которого, сложив ноги по-турецки, слегка запрокинув голову и пристроив руки на коленях ладонями вверх, сидел человек. Услышав скрип двери, он открыл глаза и посмотрел на меня. Разглядев его лицо, я даже сбился с шага, настолько это было неожиданно. Внутри круга сидел Калинин. Сухой, неприметный, в том же сером сюртуке, в каком я привык его видеть. Разве что ворот рубахи был расстёгнут, волосы прилипли ко лбу, а бесцветные глаза светились зеленью. Перед ним лежали раскрытые книги и исписанные листы, руки были испачканы в крови, но он, кажется, даже не обращал на это внимания. Вокруг круга лежали люди. Ближе всех — широкоплечий урядник, которого я уже видел, когда он приезжал ко мне в деревню вместе с исправником. Рядом с ним — парнишка, блевавший от вида мертвяков и спавший, уронив голову на руки в избе у Ерофеича. Были и ещё люди в мундирах, но к ним я уже не присматривался. Мой взгляд был прикован к другому. Прямо напротив меня лежал Щукин. Исправник был в мундире, только ворот расстегнулся, а под головой натекла тёмная лужа. Сабля оставалась в ножнах. Видимо, выхватить её он не успел. Ещё вчера Щукин рычал на нас с крыльца, запрещая покидать город, и обещал выслушать после. Теперь никакого «после» уже не будет. Упрямый, подозрительный, временами совершенно невыносимый чиновник лежал среди собственных людей, а над ним сидел тот, кого он столько раз приглашал выпить за одним столом. Вот так вот, значит… Калинин проследил за моим взглядом и слегка усмехнулся. — Антон Владимирович мог доставить изрядные неудобства, — сказал он. Голос звучал спокойно, словно мы снова сидели у него в канцелярии и обсуждали прошение. — В случае тревоги он должен был принять командование гарнизоном. Поднять урядников, перекрыть улицы, организовать оборону… Пришлось посетить его заранее. — И кровью разжиться заодно… — пробормотал я. — Не пропадать же добру, — пожал плечами Калинин. |