Книга Огненный разум, страница 27 – Виктория Шорикова

— Понимаю, спасибо за совет, – хмыкнул Джонатан и постучался в дверь своего подзащитного.

— Проходите! – раздался не слишком довольный голос.

Дэйнтс сидел на кровати, сложив ноги по-турецки. На нем была надета пижама, длинных волос, кажется, уже давно не касалась расческа, а в руках он держал чашку с кофе.

— Вы так рано…

— Уже час дня.

— Что Вы хотели узнать?

— Я разговаривал с Вашим другом и коллегой Джозом.

— Вот как, и зачем?

Роберт пристально взглянул на адвоката.

— Я подумал, что он мог бы стать свидетелем, который видел Ваши приступы, ведь Вы близко общались, а для суда…

— Нет, он не увидел, – отрезал Дэйнтс.

— Это я уже понял. Он сказал, что присматривает за Вашей квартирой и предложил мне зайти, чтобы осмотреть место, где все случилось.

— Почему Вы не позвонили перед этим мне и не спросили разрешения?

— Представители закона и без этого имеют право бывать на месте происшествия, – мягко напомнил Джонатан. – А я Ваш адвокат и у Вас не должно быть от меня каких-либо тайн.

— Вас выбрала моя мать, а не я.

— Вы хотите отказаться от моих услуг?

— Нет. Очевидно, что я не найду никого другого накануне заседания. Да и все Вы одинаковы…

— Все – это я и мистер Томпсон? Почему Вы отказались от услуг Вашего прежнего адвоката?

— Он сам отказался.

— Вот как? – искренне удивился Джонатан.

Не дожидаясь приглашения от хозяина комнаты, он сам уселся на его стул за компьютерным столом.

— Почему?

— Сказал, что это дело не для него. Слишком простое, видимо. А в его послужном списке должны быть только особые дела. Бриллианты, так сказать. Он же у вас там какой-то заслуженный и титулованный человек. – зло ответил Роберт. – А это имеет какое-то отношение к моему делу?

— Практически никакого, считайте это моим профессиональным любопытством, – поспешно заявил молодой человек, видя, что его клиент выходит из себя. – Меня больше волнует другой вопрос. Почему в Вашей квартире нет вещей Вашей супруги? Вы расстались накануне произошедшего? Она хотела съехать?

— Нет, она жила со мной. Мать их выкинула, – пожал плечами Дэйнтс.

— Выкинула? – поразился адвокат.

— А зачем их хранить? Она уже умерла. Очевидно, что вещи ей больше не понадобятся. Для чего захламлять ими квартиру?

Джонатана этот ответ искренне удивил. Конечно, логично, что вещи покойницы ей больше не пригодятся, но то, с какой быстротой от них избавились, выглядело несколько цинично. И говорило, вероятно, о том, что у Роберта не было особых нежных чувств к своей супруге. Иначе бы он оставил хоть что-то на память о ней. Впрочем, нелюбовь к своей жене не являлась преступлением.

— Скажите, а Ваша мать часто бывала у Вас дома? Почему именно она пошла сейчас выбрасывать вещи?

— А что здесь такого? Она же моя мать! Мне что ее в дом не пускать? – закипел Роберт.

— И как относилась к этому Ваша супруга? Они были в хороших отношениях?

— Да какая уже разница…плохо она к этому относилась! Она, вообще, ко всему плохо относилась, потому что была той еще истеричкой!

— Сочувствую, – хмыкнул Джонатан. – А Вы никогда не думали развестись?

— Нет, не думал. Что теперь разводиться из-за каждого скандала? Все люди ссорятся. Не факт, что с другой женщиной мои отношения сложились бы лучше. Я и сам был не подарком.

— Понятно, у меня есть еще один вопрос, который касается непосредственно момента совершения преступления. Где вы взяли нож?