Книга Сама дура виновата, страница 92 – Ашира Хаан

— Что мне теперь — не смотреть на свое отражение?

— Ты должна плевать в него! — поучающим тоном сказала Элка. — Сходи к зеркалу — плюнь.

— А протирать его потом ты будешь? — возмутилась я.

— Тогда плюнь в то, что в ванной, завтра очередь Базиля убираться.

Вот тут я не выдержала и заржала в голос.

С зеркалом, кстати, отношения у меня были отличные — все-таки что-то хорошее от Егора осталось. Каждый раз, как я смотрела в него, я видела на себе мужские руки — и было уже не до свисающих боков.

— «Живете, чтобы жрать! Попробуйте есть, чтобы жить!» — зачитала Элка следующее творение и осторожно отложила шоколадное печенье, от которого осталось меньше половины.

Уже третье, между прочим.

Она отряхнула руки, посмотрела на меня виновато и нашла следующее гениальное высказывание:

— «Вообще мне такие, как вы, не нравятся, но тут зачем-то подписалась». Дарин, ты должна быть польщена! Ты польщена?

— Нет, — мрачно ответила я.

— Что-то ты какая-то неблагодарная, — посетовала Элка. — Вот тут еще говорят, что без красивого тела никто не захочет узнать твою душу.

— Ага, — согласилась я. — Мало того, что я жирная, так еще и неблагодарная. Просто бинго.

— Дарина! Фу такой быть! — упрекнула она меня. — Ладно, смотри дальше. Вот человек рассказывает: «Хотя у меня самой вес 60 при росте 167, я знаю, что дело не в цифрах!»

— А зачем нам тогда ее цифры?

— Чтобы понять, что дело не в них, что ты как маленькая!

— Осознала, — кивнула я.

С Элкой дело пошло веселее — ко мне начало возвращаться мое чувство юмора.

— «Давай худей, выйдешь к нам обновленная, хочу видеть тебя красивой!» — процитировала она и повернула ко мне открытый профиль комментатора. — Это кто?

— Откуда я знаю? — удивилась я.

— То есть, просто какой-то левый хрен сообщает, какой хочет тебя видеть? — уточнила она.

— Что-то типа того.

— Интересно, а нормальные люди у тебя комментируют? О! Еще одна с цифрами! «А вот у меня даже в сорок лет — 47 кг!»

— Ценная информация, — хмыкнула я.

— Не мешай человеку гордиться, может, ей больше нечем.

— А ты злая…

— И ты становись, — посоветовала Элка. — Им можно вести себя как говно, а ты должна заткнуться и утереться, что ли?

— Если я им тоже буду хамить, они от меня отпишутся, — пояснила я.

— Дар, ну ты посмотри: «Вечером ко мне муж за сексом придет, а я спать хочу. Покажу ему это — вопрос улажен». Тебе точно нужны люди, которые так живут? Или вот… — она пролистнула до следующего комментария. — Прямо продолжение: «Мой муж не разрешил бы мне такой быть!» Ты как хочешь, а у меня шерсть дыбом на загривке от таких мужей. Да и жен тоже.

— Ну… — я успела ухватить последнее печенье, прежде чем живущая для того, чтобы есть Элка его уничтожила. — Они наверняка считают это очень милым. Ми-ми-ми, властный господин, который заботится обо мне.

— Это до первого господина, который позаботится так, что ты охренеешь и сбежишь из дома в одних трусах, — отмахнулась Элка. — О, смотри, что еще пишут!..

— Надоело… — скривилась я. — Пойду лучше что-нибудь новенькое сниму. Например, как я плюю в зеркало.

— Не-не, это другое! Тебе пишет парень какой-то. Говорит…

— Что ему нравятся «сладкие пышки»? — я изобразила пальцами кавычки. — Такого шлака у меня в личке было полно, поэтому я ее закрыла.

— Говорит, что он тоже блогер и хочет с тобой заколлабиться, — прервала меня Элка. — А у тебя личка закрыта. Дар, у него два миллиона подписчиков, соглашайся!