Книга Сама дура виновата, страница 62 – Ашира Хаан

Пока мы ждали вызванное такси, я засунула руку в задний карман его джинсов, как малолетка — тоже потискать его упругую задницу. Егор прижал меня к себе и шепнул на ухо:

— Как же с тобой охренительно, а! Где ты была всю мою жизнь?

— Это где ты был! — я пихнула его кулаком в живот и демонстративно скривилась, показывая, как отшибла костяшки о твердый пресс.

— В Москве.

— Капитан Очевидность. И снова туда уедешь.

— Уеду.

— И что, так и будешь приезжать в Питер, только когда у тебя будут дела с Агатой или еще с какой-нибудь Анжелой?

Вопрос прозвучал неожиданно горько, я аж сама испугалась его серьезности.

Егор глянул на меня виновато и тревожно.

— Твое такси, — сказал он, шагая к дороге и открывая мне дверцу. — Давай об этом потом поговорим, хорошо?

Можно подумать, у меня был выбор.

Егор открыл дверь в одном полотенце, обернутом вокруг бедер.

Так что первым делом я увидела плоский живот, расчерченный на квадратики, а потом у меня случился нелегкий выбор — скользить взглядом наверх, к скульптурно вылепленной груди и широким плечам, а там, дай боже, и в лицо ему посмотреть.

Или перевести глаза ниже. К краешку белого гостиничного полотенца, который находился очень-очень низко, прям вот еще сантиметр — и можно было бы уже не заворачиваться. Зато паховые мышцы — во всей красе. И напрягшиеся жилы, реками и ручьями расходящиеся по плоским лобковым костям. И рука, которая придерживала полотенце — тоже мускулистая и жилистая.

И кое-что под полотенцем — напрягшееся при виде меня.

В общем, выбор был очевиден.

Я застыла столбом, открыв рот, но все еще целомудренно придерживая ворот пальто на груди, чтобы не распахнулось раньше времени.

— Знаешь, — сказала я после очень долгой паузы. — В этом вашем тиктоке сегодня видела. «С чем чай будешь? — С красным кляпом во рту… тьфу ты!»

Вот это ровно мое состояние было.

— Если ты сейчас не скажешь, что ты под этим пальто голая, — хрипловатым голосом сказал Егор, и центр моего внимания под белым полотенцем обозначился еще четче. — Я…

Ах, да!

Он не договорил, потому что я вспомнила, зачем держу ворот и почему можно больше не держать. И распахнула полы.

Потому что каждая женщина хоть раз в своей жизни должна приехать к мужчине в пальто на голое тело.

Хотя у меня было не совсем голое.

— И кому теперь нужен красный кляп? — риторически вопросил Егор, роняя полотенце с бедер, затаскивая меня в номер и запирая дверь — все как-то одновременно. — Так. Какую фантазию будем выполнять первой? Где ты становишься на колени и отсасываешь? Или где я разворачиваю тебя задом, рву эту твою сетку на жопе и засаживаю тебе до визга?

Эротически-извращенский комбинезон в сеточку был, кажется, отличным нарядом на этот вечер. Не зря деньги потратила на срочную доставку.

— Первую, — ответила я, сглатывая и завороженно наблюдая за покачивающимся членом Егора, который мне уже до безумия хотелось облизать.

— Не угадала.

И, наверное, это было последнее членораздельное и разумное, что он произнес до рассвета.

Хотя нет — было еще много-много грязных разговорчиков, горячего «ах ты, сучка!» на ухо, длинных матерных конструкций, когда я все-таки добралась до его члена и от нетерпения заглотила до самого корня, коротких приказов, от которых я текла так, что пришлось застелить кровать полотенцами, невероятных нежностей — одновременно с тасканием меня за волосы, какой-то невообразимой пошлятины вроде «киски» и «дырочек», от которой мой внутренний филолог наверняка скончался бы в муках.