Книга Слишком хорошая няня, страница 72 – Ашира Хаан

— Да, да, конечно, — тот отзывается рассеянно.

Они наконец уходят, и я расслабляю напряженные плечи.

— Может быть, проводишь меня? — не теряет присутствия духа Илона. — А то девушкам одним опасно так поздно…

— Сейчас Кариму скажу, он тебя довезет, — совершенно спокойно откликается Александр и не видит, как ему в спину беззвучно летят проклятие, пока он отвечает на звонок.

— У вас такая замечательная дочь! Уверена, она очень талантлива, не пропустите момент, отдайте ее на балет или в музыкальную школу. Невероятно артистичная натура! — восклицает экзальтированная дама, которая провела больше всего времени с Диной.

Жаль, что Илона уже уехала, ей был бы хороший урок, как добраться до сердца Александра — после этих слов он так радушно и настойчиво приглашает даму с супругом заходить в гости в любой момент, что тем становится неловко.

— Устала? — спрашивает Александр, когда я выхожу из спальни Дины, уложив ее в рекордные сроки. Собственно, она едва успела стянуть платье и упала в кровать, даже не почистив зубы.

Мне стало ее так жаль, что я малодушно решила не будить ради этого.

— Очень, — честно говорю я. — Зато вспомнила, как соскучилась по своей работе.

Александр хмурится:

— Там лучше?

— Там проще, — смеюсь я. — Следить за толпой айтишников легче, чем за одной шебутной девочкой.

— То есть, ты ждешь — не дождешься, чтобы от нас сбежать? — он уточняет это очень напряженным тоном, и я хочу ответить что-то успокаивающее, но неожиданно для себя душераздирающе зеваю.

— Все, понял, — Александр проводит костяшками пальцев по моей руке и качает головой. — Спускайся, Карим ждет. Завтра у тебя выходной.

— А разве на Кариме не Илона уехала? — нахожу в себе силы удивиться.

— Нет, она отказалась и вызвала такси, — Александр пожимает плечами. — Не так уж и страшно было одинокой девушке.

— Какой вы жестокий ловелас… — я снова зеваю, одновременно натягивая дубленку. — Девушка вам намекала, намека…

Александр наклоняется, притягивая меня к себе за пушистый мех на капюшоне, и накрывает мои губы своими.

Они чуть сухие и горячие, неизменно мягкие и очень-очень нежные, словно он пытается этим поцелуем убаюкать меня еще больше.

— …ла! — заканчиваю я фразу, когда он отрывается от меня.

— Молчи уже… — ворчит Александр, распахивая мою дубленку и обвивая обеими руками за талию.

Его губы нежно касаются сначала левого уголка моих губ, потом правого, потом серединки, а потом он с тяжелым вдохом вжимает меня в себя крепче и зарывается лицом в кудряшки на макушке.

Будь я хоть чуточку менее сонная, еще неизвестно, чем бы кончилось это прощание в прихожей. Но я снова зеваю и с едва слышным смешком Александр выпускает меня и поправляет капюшон, напоследок чмокая в нос.

— Иди спи… — говорит он нежно.

Но напоследок я быстро приподнимаюсь на мысочки и трусь скулой об отросшую черную щетину у него на щеке.

Внезапно случившийся выходной пришлось посвятить сборам бабушки в пансионат. Откладывать переезд она не соглашалась ни в какую.

— Они там без меня лучшие роли разберут! — заявляет она, упаковывая в три огромных чемодана свои лучшие наряды. А в гигантский баул, расписанный фальшивыми монограммами LV — все свои украшения. Каждый браслет, каждая подвеска и пара серег — в собственной бархатной коробочке.