Книга Ириска на двоих, страница 117 – Ашира Хаан

Хоть все равно устает, когда мне нужно много, много, много внимания, но вообще никак не дает этого понять. Я просто чую по легким задержкам в ответах и вижу по глазам.

Но еще я чую и вижу беспокойство обо мне и желание, чтобы мне было хорошо.

А мне ведь хорошо.

Но…

Мне и с другими мужчинами было неплохо. Пока я была с ними.

Мы оставили и зеркало, и наручники.

Мы купили кучу ерунды в секс-шопе, чтобы как-то скоротать бесконечные дни самоизоляции.

Я представила Димку по зуму своим подругам уже официально и пережила вопросы «а где тот, второй, в золотистых плавочках?»

И была представлена Димкиной матери, переживающей эпидемию где-то в Подмосковье.

Но ведь не зря выросли разводы после карантина.

Две недели, конечно, проще пережить, чем два месяца, которые достались нашим соотечественникам, пока мы выясняли отношения на фоне роскошных морских пейзажей Кипра.

Я чувствовала, что задыхаюсь в этой огромной квартире.

Книги, фильмы, тренажеры, вкусная еда. Не на что жаловаться. Дома было бы хуже – что с Димкой, что без него. Может быть, я зря вернулась? Там ведь было море… Море всегда меня успокаивает.

Где-то в глубине души я понимала, что дело не в развлечениях, не в карантине и даже не в море. Я еще помнила свои чувства от того, как нам было втроем. Как я наконец ощущала, что мне в кои веки хватает любви.

Просто очень не хотелось верить в то, что у меня было всего несколько недель полноценной жизни. Которые никак не вернуть. Не пойду же я искать…

Я даже пробовать не хотела.

Едва дождавшись окончания самоизоляции, в первую же вольную ночь я слиняла к себе домой. В пустую квартиру, которая ждала меня на три месяца дольше, чем планировалось. За это время там не прорвало трубы, туда не влезли воры, не случился пожар. Все было на месте, как я уезжала – чистота, пустота, легкий бардак и полное ощущение чужого и нежилого помещения.

Я наконец-то сменила одежду на новую, а то один и тот же набор из джинсов-худи-футболок немного задолбал. Перестелила постель и заснула в ней одна.

Совсем одна. Впервые с начала марта.

Проснулась слишком ранним утром в слезах и с бешено бьющимся сердцем.

Свернулась калачиком в пахнущей застарелой пылью постели и тихонько заплакала, сама не зная о чем.

О том, что мое одиночество, которое казалось самой удобной штукой в мире, теперь не было таким сладким – после того, как я попробовала на вкус другие отношения.

О том, что я всю жизнь шарахалась от множества странных вещей, и вдруг одна из них оказалась именно тем, что мне было нужно. Неужели среди них могли встречаться и другие? Сколько всего я упустила?

О том, что я никогда не смогу ни позвонить, ни написать Марку, чтобы попросить его вернуться. У него дети. И жена. И Италия. Не думаю, что я стою всего этого. Тем более, что у меня все еще Дима… и об этом разговоре я даже думать не хочу.

Я зажмурилась и зарылась с головой под одеяло. Высунув руку, нащупала свой телефон, который снова жил рядом с кроватью, как в эпоху до двух кипрских наглецов, и открыла фейсбук. Ничего интересного не нашла, в пять утра там пусто и голо, просто полистала картинки с котиками и мемы. Заснуть обратно было сложно.

Но буквально через пять минут телефон зазвонил, показав на экране «Димка».

— Да? – всхлипнула я в трубку.