Книга Ириска на двоих, страница 110 – Ашира Хаан

— Что?

— Ирис-с-с-с-с-ска… – прошипел он, отводя волосы с шеи и пробегаясь по ней пальцами – и дальше, по позвоночнику. Я надела футболку с глубоким декольте и сильно открывающую спину – ему ничего не мешало. В том числе отсутствующий бюстгальтер – тоже он настоял.

— Мммммм?.. – по телу пробежала дрожь от его касаний, голова закружилась от пульсирующего в костях бита и горячих мурашек на коже.

— Знаешь что, Ириска? – его ладонь сжала мою задницу, а другой он надавил на затылок, заставляя почти соприкоснуться губами.

— Что?.. – я пыталась поймать его взгляд, но он уткнулся лбом в мой лоб и все поле зрения заняли темные глаза.

— Я люблю тебя… – его пальцы соскользнули с затылка, пробежались по шее и замерли на моих губах. – Открой рот.

На кончик моего языка упала маленькая горьковатая таблетка.

— Глотай! – шепнул он, а потом рассмеялся тихо и чуть безумно. – Давай расслабимся!

Я сидела в углу и мрачно напивалась алыми коктейлями. Одним за другим. Мальчик-официант взял надо мной шефство – стоило показаться дну в одном бокале, в моей руке мгновенно оказывался другой.

Надо же как-то расслабиться, раз уж предложенную таблетку я выплюнула.

Димка раз за разом подходил ко мне с вопросом:

— Хочешь уехать?

— Нет, мне все нравится! – отвечала я, перекрикивая музыку.

И он с облегчением погружался в пульсирующий ритм музыки.

Понятно теперь, почему его не расстраивала перспектива ничего не пить из-за того, что он за рулем. Он планировал развлекаться иначе – упороться и танцевать до утра. Или трахаться, если повезет. Так ведь действует вся эта клубная наркота?

Но все равно – им нельзя было не любоваться. Человек на своем месте: в расстегнутой белой рубашке с короткими рукавами – чтобы было видно хорошо прокачанные мышцы груди и пресса, в низко сидящих кожаных штанах – чтобы было видно вообще ВСЕ хорошо раскачанные мышцы пресса, хмельной, заводной, с взъерошенными волосами. Ерошили всей дискотекой – редкая красотка в мини не упустила случая погрузить хищные острые когти в Димкину шевелюру. Некоторые наоставляли следов помады на воротнике – намеренно и явно.

Все до одной вжимались круглыми попками в его пах под заводные песенки. Да и другими частями тела не забывали тереться.

Ему нравилось. Видно было, что все эти лучшие девчонки Лимассола, забывшие о своих сутулых программистах с пузиками ради такого красавца, ему как котику сметанка. Его среда, его люди, его тип веселья. И перелапать их всех, и выгнуть в подобии танго, и подхватить под бедра для пущего жара и крутануть, ловя шальную и едва держащуюся на ногах в свои лапищи.

Пот блестел на загорелой коже, становилось все жарче – во всех смыслах.

Мне тоже. Очередной коктейль пился как вода, и я дернула официанта:

— Есть что покрепче?

Его глаза округлились:

— Да тут уже почти чистая водка!

— Значит покрепче водки! – огрызнулась я.

И получила бокал с темной жидкостью, которая продрала меня яростью с головы до ног. Острой, крепкой, суровой злостью на все происходящее. Захотелось переломать тонкие пальчики с розовым маникюром той красавице, что прямо сейчас тянула их к Димкиной ширинке. А то там так тесно, что очертания того, как ему нравится с ней танцевать, можно было измерить до последнего сантиметра.