Книга Незавидный холостяк, страница 94 – Ашира Хаан

Медленно еду?

Ах да, Москва.

Не, ну какой наглец – а говорят, принято уважать дорогие тачки!

Я попыталась перестроиться в соседнюю полосу, но там внезапно образовался аншлаг из скромных «семейных» машинок. Ладно, попробуем ускориться, там найду, куда воткнуться.

Но я ехала и ехала, а свободного местечка так и не находилось. «Бэха» сзади уже не только мигала, но и бибикнула пару раз. Ну ты что, не видишь, что мне некуда?!

Я начала нервничать и больше смотреть в соседний ряд и назад, чем на дорогу перед собой.

О, вон, кажется, можно втиснуться! Надеюсь, меня впустят, они же видят этого идиота, которому не терпится!

Но только я начала перестраиваться, как гордый минивэн с наклейкой «Ребенок в машине» вдруг решил почувствовать себя королем дороги и прибавил скорости. Я вильнула, возвращаясь в свою полосу и чуть не подставила зад «бэхе». Руки затряслись. Я вдруг поняла, что вообще-то нахожусь в середине плотного потока, лечу под сотню, вокруг одно из самых хамских автосообществ в мире и ошибки мне не простят.

Закусив губу, я втопила, наплевав уже на штраф. Оторвусь от этого мигальщика, а там, может, удастся перестроиться! Но у судьбы были сегодня другие планы. Мало мне было одного долбоеба – тут второй из правого ряда решил ворваться на полосу передо мной! Я нащупала тормоз, но «бэха» сзади подперла совсем неприлично. Завидев просвет в соседней полосе, я хотела дернуться туда, но психанула – и крутнула руль слишком сильно. На мгновение запаниковала, попыталась вернуться, но в это мгновение почувствовала, что лапочку «ламбу», до сих пор послушную мне, как третья рука, вдруг странно повело, словно мы оказались в невесомости. Что-то было не так! Я выкрутила руль обратно, но вместо того, чтобы послушаться, она развернулась совсем круто и заскользила. Разом куда-то порскнули все машины на трассе, остались только я и предавшая вдруг «ламба», летевшая вперед, как будто по льду. Все, что я видела – как мелькают машины, столбы, отбойники. Все, что я могла – до отказа вдавить тормоз. И все – навстречу прыгнул столб, резко, будто кто-то поднес к глазам бинокль.

В последнюю секунду я бросила руль и закрыла руками голову, уже не увидев, что меня развернуло в последний раз, счастливый. Машину тряхнуло так, что показалось – из меня вытрясли все кости. В лицо выстрелила подушка безопасности, впечатывая в сиденье, еще пару раз дернуло – и наступила глухая ватная тишина.

Я умерла?

Говорят, после взрывов глохнешь. Не по-настоящему – просто весь мир звучит настолько тише самого взрыва, что все вокруг кажется немым кино.

Вокруг меня взорвалась реальность.

И превратилась в немое кино.

Сдувшаяся подушка безопасности.

Осколки перед глазами, почему-то очень четкие, словно кто-то специально навел резкость.

Кусочек темно-синего неба и мчащиеся мимо машины.

Люди. Все больше людей.

Голоса как сквозь вату.

Я попыталась нащупать ручку дверцы, но пальцы все время промахивались, и постепенно начало казаться, что ее просто нет, что я навсегда заперта в этой желто-черной консервной банке.

Паника сдавила горло, придушивая до звездочек в глазах.

Но тут кто-то похлопал по крыше машины – и как будто включили звук в колонках.

— Эй! – услышала я. – Эй! Ты там живая? Выбраться можешь?