Книга Незавидный холостяк, страница 169 – Ашира Хаан

Выйдя из подъезда, я постояла немного, глубоко дыша, стараясь выгнать из легких навязчивый запах этой квартиры – тлена и скуки. Повертела на пальце кольцо. Я не носила его так долго даже когда считала, что замужем за Киром. Но стоило выяснить, что штамп был шуткой, – и я не снимаю его даже в ванной.

Не возвращаюсь. Не звоню. Не смотрю его шоу.

Но не снимаю кольцо.

Я достала телефон и пролистнула весь свой список контактов, изрядно распухший за последние недели. Откуда-то у меня была уверенность, что легко и быстро знакомишься с людьми только в юности и самая крепкая дружба получается с теми, кого знаешь с детства.

Кир бы сказал, что это «ярлычки».

Я научилась их распознавать – когда в чем-то непоколебимо уверена, но не помнишь, откуда эта уверенность взялась.

Всем этим новым знакомым я могу позвонить в любой момент и предложить встретиться, и они даже не спросят зачем. А вот старые приятели очень удивятся, если я так сделаю. У нас не принято звонить просто так. Почему? Ну… просто не принято. У всех семьи, работа, дела…

Только Женька осталась последней близкой подругой, и то потому, что тоже не замужем. Что ж, это легко исправить. Если уж она умудрилась влюбиться в Серегу, у меня есть прекрасный кандидат ему на замену.

— Привет, – сказала я, когда она подняла трубку с ворчливым «Ну что там опять?» – Я хотела спросить, как ты к Платону относишься?

Звонок Платону закончился не так прекрасно. На свидание с Женькой он немного удивленно, но все же согласился, но потом напряженно спросил меня:

— Ты не знаешь, где Кир? Не могу ему дозвониться, на съемки он не приехал.

— Не знаю и знать не хочу, – отрезала я.

— Что-то случилось?

— Ничего. Просто я его ненавижу.

Платон скомканно попрощался, а я убрала телефон и сглотнула неуместные, невесть откуда взявшиеся злые слезы. Ненавижу! Ясно? Всем ясно?!

Кольцо холодило кожу. Давно пора было его выбросить. И начать новую жизнь. Он же хотел, чтобы я попробовала другие варианты? Так я попробую – никому мало не покажется!

Я снова пролистала список контактов, облизываясь, как у витрины с пирожными.

Еще несколько мгновений, долгих, как декабрьская ночь, Смерть медлила.

Интересно, как это будет.

Может, стоило выпить принесенный кофе? И не пришлось бы просить…

Но потом она тихо засмеялась и снова зарылась пальцами в мои волосы, оттягивая голову, чтобы посмотреть мне в глаза.

— Что, словил экзистенциальный кризис, дорогой? Ровно за год до окончания возраста молодости? А когда же ты будешь в президенты баллотироваться? Уже пора начинать готовиться, Кир. Пора начинать!

Она отпустила меня и толкнула в грудь, глядя снова насмешливо и зло. Зрачки вновь собрались в почти невидимые точки в море младенческой голубизны.

— Кончай решать сегодняшние проблемы вчерашними методами, Кир, – серьезно сказала Смерть. – У всех есть прошлое. Оно не всегда виновно в настоящем. Тебе сейчас хреново не потому, что ты разбил мне когда-то сердце. И не потому, что тебя кто-то обидел и теперь надо уйти на болота и наесться там жабонят. Тебе хреново из-за того, что ты сделал. Сам. Сейчас. Из-за того, что другие люди приняли свои собственные решения. Которые не имеют отношения к твоему прошлому. Не ищи ответы здесь. Не ищи их у меня. Иди страдай в какое-нибудь новое место.