Книга Развод и другие радости, страница 64 – Ашира Хаан

— Не вздумай! – переполошилась я. – И вообще… в Новый год мы уедем домой, в Новосиб.

— Серьезно? – Он отодвинулся, чтобы посмотреть мне в лицо. – Там же холодно!

Я засмеялась. Нашел… кого морозами пугать!

С ужином заморачиваться не стала. На скорую руку пожарила картошки с грибами: желания выпендриваться перед Владом и готовить свою фирменную курицу или ризотто не было никакого. Да и не помогает это: муж меня бросил не из-за того, что я его плохо кормила.

Тем не менее он, доев, сказал:

— Спасибо, очень вкусно.

— Да ладно, – фыркнула я. – Какое там вкусно.

— Нет, серьезно.

— Это же очень простая еда, ты наверняка привык к другой. Устрицы, фуа-гра… – засмеялась я.

— Да-да-да, в сгоревшей деревне мы полтора года исключительно устрицами ужинали, – серьезно кивнул Влад, и морщинки-лучики разбежались от глаз.

— Прости! – спохватилась я. – Все время забываю об этом! Ты говорил, но выглядишь так, будто никогда в жизни не выезжал за МКАД.

— Смею напомнить… – Влад встал, забрал у меня грязные тарелки, которые я собирала со стола, и, проходя мимо, жарко шепнул на ухо: – Один-то раз точно выезжал… Тебе понравилось.

Я почувствовала, что краснею, щекам стало горячо.

— Лея! – скомандовала я строгим голосом. – Марш мультики смотреть. Ты сегодня еще «Свинку Пеппу» не включала.

Дочь, которая смотрела на нас широко распахнутыми глазами, тут же сориентировалась:

— Печенье. И шоколадку. И…

Я выложила перед ней на стол двух шоколадных медведей «Барни» и жестом указала в сторону коридора. Посоревновавшись со мной в гляделки, Лея тяжело вздохнула, сгребла сладости и утопала.

Влад тем временем включил воду и принялся мыть посуду.

Снова кольнуло в сердце несбывшейся семьей. Когда Юрка уходил с кухни, даже не поставив тарелку в раковину, и сразу шел на форумы в интернете, я еще добрый час все убирала, мыла и подготавливала к завтрашнему дню. Вечер. Ольга

— Я же в армии не был, – рассказывал Влад, моя посуду. – Так что это с волонтерством получилось хорошо. Отличный опыт. И руками поработать, и научиться чему-то новому, и пользу принести. Иногда я отцу даже благодарен за такое наказание.

Он говорил громко, чтобы перекричать шум воды, но от дела не отвлекался. Я села на стул, любуясь тем, как перекатываются мышцы под белой футболкой, в которую он переоделся, придя с улицы. Спина у него была красивая, даже одетым он выглядел роскошно: мощно, но не перегруженно. Широкие плечи бугрились мускулами – настоящими, а не раздутыми на анаболиках.

Взгляд невольно скользнул ниже, на узкие бедра и подтянутую задницу. Я даже поймала себя на игривом желании шлепнуть его пониже спины, но устыдилась мыслей. Еще поймет неправильно!

Хотя что тут можно неправильно понять? Он же себе такую фигуру не для того, чтобы в зеркало любоваться, организовал.

— Кстати, – не оборачиваясь, сказал Влад. – Не хочешь в морозилку заглянуть?

— Зачем? – удивилась я.

— Ну… – Он хмыкнул. – У тебя была тяжелая неделя. Я подумал: вдруг ты любишь мороженое? Шоколадное. Или ананасовое. Мне почему-то кажется, что ты должна любить ананасовое.

— Клубничное, – сказала я, открывая дверцу холодильника.

— Ладно, значит, ананасовое мне, – усмехнулся Влад, закрывая воду и стряхивая капли с рук.

На полке морозилки в рядочек стояло пять или шесть баночек дорогущего мороженого, которое я пробовала пару раз в жизни. Вкуса оно было божественного, но позволить себе на постоянной основе покупать такое я не могла.