Книга Приличной женщине нельзя..., страница 26 – Ашира Хаан

В какой-то момент я нырнула в глубокую темноту, в которой не могла уже даже гладить его по плечам, но могла ощущать его ласки. Горячие ладони оглаживали меня всю целиком — медленно, нежно, ни на чем не настаивая, и это было такое блаженство, что я застонала сквозь сон и почувствовала медленный поцелуй на губах.

А дальше уже ничего не запомнила, потому что провалилась в сон окончательно.

Проснулась я, по ощущениям, через несколько часов.

За окном еще было достаточно светло, так что спала, выходит, не так уж и долго, первый день года еще не успел кончиться. Во сне я намотала все одеяло на себя, так что Демьяну пришлось обойтись тонким покрывалом.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Спал он на спине, закинув руки за голову, и мне бы, конечно, как приличной женщине, полюбоваться на тень от его длинных ресниц на щеке и острую линию челюсти, но я совершенно бездуховно уставилась на покрывало, вздыбленное палаткой в районе бедер.

У меня аж слюна выделилась при взгляде на такую могучую силу юности.

— Хочешь?.. — я не успела отвернуться, Демон поймал меня на горячем.

Сцапал, опрокинул на спину и навис сверху Розовая челка упала на глаза, и я сдула ее, чтобы встретить его горячий взгляд.

Ох…

А зубы почистить?

Но тут я кое-что вспомнила и спохватилась:

— Сколько времени?

— Ты куда-то спешишь? — поинтересовался Демьян, опускаясь на меня на согнутых руках, так что жилы на его предплечьях напряглись как раз до самого соблазнительного состояния.

Губы мазнули по моей ключице, а язык прочертил что-то затейливое, спускаясь ниже.

— Во сколько у тебя встреча со Сталкером?

— Я не пойду, — мотнул он головой. — Лучше я проведу время с тобой…

Он не отводил от меня взгляда, оставляя поцелуй за поцелуем сначала у горла, потом в центре груди, в районе солнечного сплетения, над пупком…

Я была близка к тому, чтобы отказаться от своего решения, которое пришло ко мне во сне, но такой шанс выпадает только раз в жизни.

— А как же мой подарок? — спросила я, ловя взгляд его светлых глаз и мгновенную вспышку удивления в них.

— Ты что — хочешь татуировку? — он нахмурил брови и замер, не дойдя до самого интересного буквально сантиметров пять. — Серьезно?

К нужному времени мы успевали впритык — и все равно умудрились потратить время вовсе не на то, на что хотелось, а на две стычки.

Первая — Демьян уговаривал меня, что мне не нужна татуировка, а я доказывала, что нужна. Ощущения были, конечно, феерические.

— Тебе не кажется, что мы поменялись ролями, и это ненормально? — спросила я в середине спора.

— Не кажется, — отрезал он. — Ты принимаешь решение на эмоциях, так нельзя. Потом пожалеешь и обвинишь в этом меня.

— Не пожалею и не обвиню, честное пионерское! — поклялась я, подняв руку в салюте.

— А Ленина ты видела? — с усмешкой спросил он. — А в детстве у тебя был ручной динозавр? Когда б ты успела в пионерах побывать, старушка?

— В конце концов, это мой подарок, что хочу, то и делаю! — возмутилась я. — Поехали!

И с этим ему пришлось смириться.

Вторая стряслась и вовсе неожиданно. Мне пришлось надеть свое новогоднее платье, потому что времени заехать переодеться уже не оставалось. Демьян обошелся драными черными джинсами, футболкой и знакомой косухой.