Книга Еще одна темная половина, страница 131 – Ашира Хаан

— Я хочу.

Говоришь, равная?

Я вонзила в него такой же непримиримый взгляд.

Мы единое существо, но почему мы такие разные? Почему мы не можем сойтись в этом одном самом важном?

— Не бросай меня, — говорю я. — Стань мной.

Всю жизнь я искала кого-то важного.

Всю жизнь чувствовала, что мир больше, чем мне кажется.

Хотела быть особенной. Никогда не быть одинокой.

И вот я нашла это — вечную любовь, вечную войну — и вечное слияние, чтобы никто и ничто нас не разлучило.

— Я хочу стать тем, кем была. Быть вечно частью тебя. Почему ты не хочешь?!

Злой ветер с Тургояка развевает его белоснежные волосы и кажется, он уходит все дальше то меня, хотя и стоит на месте. Круг словно расширяется, отдаляя нас друг от друга.

— Хочу. — Ветер взметнул его волосы ледяной короной, непроницаемая тьма на секунду выглянула из глаз и спряталась обратно. — Хочу быть вечно в тебе. На тебе. Во всех позах. Каждый миг ощущать тебя.

Где-то внутри меня взорвался горячий фейерверк. То, каким равнодушным холодным тоном это было сказано, только сильнее разбудило во мне желание ощутить его немедленно.

Но…

Рядом стояла скорчившаяся от холода девушка.

С ней что делать?

— Тогда сделай шаг… — попросила я. — И мы вечно будем…

— Лежать друг на друге с засунутым внутрь хуем и не шевелиться! — выплюнул Люций. — Вот так выглядит то, чего ты хочешь. Кайф не в этом. А в том, что сначала внутрь, потом наружу и снова. И снова. Отдаление и сближение. Разница и общее.

— Но Люц… Когда мы станем этим существом, ты сможешь сделать то, что хотел. Превратить мир в ебаный цирк. Сделать его разным, сделать его безумным. Разве мир и я — сравнимы?

Он смотрит на меня с полуулыбкой, и уже я не понимаю, почему вдруг я уговариваю его отказаться от меня. И почему вдруг оказывается, что он…

Все это время я до конца не верила в его любовь.

Да, оказался связан со мной.

Да, нашел, как затащить меня на свой уровень, чтобы игры были веселее.

Но я всегда помнила, что он бессмертный вампир, первое существо на Земле.

А я просто скучная тридцатилетняя тетка, которой однажды неимоверно повезло.

И все, что я могу для него сделать — соединиться с ним, послужить материалом для его невероятного возвышения. Хоть так отплатить ему за все чудеса, что он подарил мне.

Хоть так остаться с ним навеки, потому что, конечно, я ему однажды наскучу.

Мое чудо. Моя любовь. Моя жизнь, превратившаяся в ад и рай.

Моя смерть не от рака и не от инфаркта.

Мое бессмертие.

Как же нам это решить, моя любовь?

Как?

Спасти тебя от твоего безумия?

Если ты отказываешься от своей судьбы ради того, чтобы чувствовать меня снаружи, а не внутри себя?

И я делаю самую подлую вещь в своей жизни.

— Хорошо, — говорю я. — Ради тебя я согласна отложить слияние.

Мне кажется, или он улыбается — по-настоящему и с облегчением?

Метель застилает мне взор.

Или не метель. Мне слишком больно делать то, что я делаю.

Я тянусь к нему за поцелуем. Через весь круг между нами.

Но немного не дотягиваюсь — и он делает шаг вперед, чтобы наши губы наконец соприкоснулись.

Вперед.

В круг.

И…

…ничего не случается.

— Неужели ты думала, что сможешь переиграть меня, моя любовь?

Голос звенит мартовской капелью, завывает апрельской вьюгой, раскалывает небо майским громом.

Я не понимаю.