Книга Маруся и близнецы, страница 86 – Ашира Хаан

Она едва заметила, как сзади пристроился Макар, поставив ее на четвереньки и без предупреждения ворвавшись внутрь на полную длину.

Братья драли ее как сидорову козу, не стесняясь стонать в голос, размашисто шлепая по заду и оставляя следы ладоней. Никита безжалостно, до боли выкручивал ее соски и наслаждался гортанными стонами, от которых вибрировало горло, доставляя дополнительное удовольствие, когда он входил почти на полную длину.

Кончили Макар с Никитой одновременно, с двух сторон глубоко залив свое семя в тело сестры. Никите этого показалось мало, и он перетащил растрепанную, еще задыхающуюся Марусю на свою койку и, привстав над ней, вогнал два пальца внутрь ее влагалища.

Он быстро и жестко двигал ими, не слушая ее задыхающихся вскриков, пока она не взорвалась сквиртом, залив его простыни обильной влагой.

— Простили меня? — тяжело дыша, спросила Маруся, едва смогу говорить.

— Нет.

И это действительно было только начало очень длинной ночи.

Ночи, во время которой они наказывали ее раз за разом, заламывая руки, шлепая своими кожаными ремнями по бедрам и членами по губам. Они выкручивали ее в такие позы, что не снились и Изольде, в бешеной одержимости пытаясь что-то ей доказать этим жетским сексом.

То ли то, что она для них просто дырка, которую можно трахать, как заблагорассудится, а вовсе не третья часть заветная их близнецового союза.

То ли то, что она принадлежит только им и не имеет права на свои собственные решения, по крайней мере, без обсуждения с ними.

Но к утру, устав, доведя и себя и ее до нервного истощения, и встречая рассвет, свернувшись калачиком у ее ног, пока она в полудреме царапала ногтями их коротко стриженые затылки, они доказали только одно — без нее им не жить.

Никак.

— Зачем? — шептал Никита, покрывая ее ступни нежными поцелуями и обхватывая губами маленькие нежные пальчики ног. — Зачем тебе к ним? Неужели с нами не лучше?

— Не бросай нас… — Макар молчал всю ночь, хотя брат его переходил от грязных словечек к нежностям и обратно. Но рассвет сломал и его. — Пожалуйста.

Он с закрытыми глазами принимал от нее ласку тонких пальцев и, если бы кто-нибудь присмотрелся к запрокинутому лицу, мог бы заметить блестевшие под веками слезы.

— Ну ребят… — Маруся, охрипшая от криков и стонов, откашлялась и попыталась сделать так, чтобы ее голос не дрожал. — Мы же взрослые люди. Мы же не можем всю жизнь жить здесь втроем и круглые сутки трахаться.

— Почему? — поднял глаза Никита. В голосе его было упрямство, хорошо знакомое его матери.

Ослиная упертость в полную глупость, с которой его невозможно сдвинуть.

— Хотя бы потому, что вы хотите стать пиратскими капитанами, — тихо засмеялась Маруся. — А значит — вам нужно море и корабль. Вообще-то даже два корабля.

— Два? — нахмурился Никита.

— Вам никогда не приходило в голову, что на корабле, даже пиратском, не может быть двух капитанов? Вам в любом случае придется расстаться. А я между вами не разорвусь. Даже если…

Она не договорила, а Никита с Макаром не услышали повисшего в воздухе окончания фразы. Они, кажется, действительно впервые задумались о том, что их детская мечта, переложенная на взрослый язык, предполагает не только образование государственного образца, но и — расставание. Оборванную связь близнецов.