Книга Вечные Пески. Том 11, страница 55 – Лео Сухов

Ну что ж… В его поступке была своя людоедская логика. Правда, смерть моих людей лишь ещё больше насытила бы орду. И на следующую ночь Житное смяли бы не за несколько гонгов, а, в лучшем случае, за десяток чаш.

— Демонов мы отогнали, но орда-то никуда не ушла! — закатив глаза, напомнил Ситранис, и его тон был далёк от почтительного. — Они отступили, потому что солнце встало. Следующей ночью полезут снова. Или разве с юга гостей можно больше не ждать?

Гаравантис вспыхнул до корней седых волос, но промолчал.

— Мы будем готовы! — отрезал Теренитис, который отвечал за удержание Житного. — Стены крепкие, да и защитников теперь достаточно.

— Достаточно для чего? — подала звенящий холодом голос Меоли. — Чтобы удержать город на одну ночь? На две? А потом что?

— А потом прибудет помощь… — Гаравантис устало опустился на стул. — Основные силы разобьют орду и вернутся к Житному.

Хотелось в голос расхохотаться, но я сдержался. Ладно врать рядовым бойцам войска, но городить такую чушь командирам…

— А разобьют ли? — я решил, что молчать дальше смысла нет. — А если разобьют, то когда? И сколько мы продержимся без припасов, в осаде?

Гаравантис брезгливо поморщился. Будто мои слова, или даже мой голос, были чем-то неприличным.

— Воевода, тебя сюда позвали как союзника, а не как советчика по стратегии! — он выделил последнее слово так, словно говорил с ребёнком. — У нас есть приказ. Прикрыть основные силы от дополнительных войск орды. Вот этот приказ и выполняй.

Я промолчал, потому как понял: любая моя фраза усложняет дело. Всерьёз меня старый регой не воспринимает, а считаться с моими словами — ниже его достоинства. Как говорили в моей прошлой жизни, «назло маме отморожу уши». Вот и он поступал так же.

— У нас был другой приказ! — сверкнула чёрными глазами Меоли. — Я лично его слышала от Эрегихона! Задержать силы орды хотя бы на несколько дней, в лучшем случае, на четверть. А потом отходить либо к реке, либо к основным силам. Воевода Ишер выбрал отход к основным силам.

— Будто вы первую часть приказа выполнили! — буркнул Гаравантис.

— Мы-то её выполнили! — подал голос Ситранис, и в его интонации отчётливо прозвучала хлёсткая, как удар, издёвка. — Семь дней удерживали пограничную крепость между Пригорьем и Приречьем. Убили одного высшего. Да, до четверти не дотянули, но всё прошедшее время мешали орде продвигаться на юг.

Гаравантис скривился, но промолчал, оказавшись в невыгодном положении. Сам он, судя по тому, что южная часть орды штурмовала Житное этой ночью, свою задачу провалил.

Да и людей Гаравантис потерял больше. Судя по тому, что узнали наши у других бойцов, скопившихся в городе, от войска у него осталось немного. Из двадцати тысяч пехоты и двух тысяч регоях на юглах — две тысячи пехотинцев и полторы тысячи всадников.

Ужасающие потери. И самой страшной, объективно, были не призванные в войско пехотинцы, а пять сотен регоев. Судя по тому, что я видел ночью, даже полторы тысячи наездников на юглах в тяжёлой броне способны сдерживать тысячи демонов полночи, оставаясь почти без поддержки.

В общем, Гаравантис опозорился по полной и теперь, видимо, жаждал реванша. Очень желательно, за чужой счёт.

— Людей у нас достаточно! — встрял в этот спор Теренитис, отвечавший за Житное, и старый рубец на его лбу побагровел. — Отряд воеводы, мои семь тысяч человек, ещё две тысячи Гаравантиса и полторы тысячи всадников на юглах. Отбились сегодня, отобьёмся и завтра.