Книга Год 1995-й. Русский Ренессанс, страница 81 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

— Да, — подтвердил генерал Рохлин, — такое возможно. Только это дело не сегодняшнего и даже не завтрашнего дня. Нам бы с текущими делами разобраться, и только потом можно переходить к следующим блюдам из предложенного вами меню. Судя по вашей недавней акции в Крыму, Российской Федерации еще предстоит собрать все то, что в свое время умудрились разбросать Ельцин с Горбачевым.

— Да, Лев Яковлевич, вы все правильно поняли, — вздохнул я. — Однако и по текущим делам Мы тоже еще сказали далеко не все. Поскольку помимо бандитов и их пособников в городе Грозном и окрестностях в большом количестве имеется непричастное ни к чему плохому мирное население, то командующему группировкой в Чеченской республике, то есть вам, Геннадий Николаевич, требуется третий заместитель, на этот раз по гражданской части. И нужный человек, по счастью, среди вас тоже присутствует. Да-да, Бислан Сайдалиевич, Мы говорим именно о вас. Как законно избранному, насколько это было возможно, председателю Грозненского городского собрания, вам в этом деле и карты в руки. И вообще, я бы рекомендовал не присылать сюда в Грозный никаких «варягов» из Москвы для управления республикой, потому что итог их гастролей может оказаться очень печальным. Единственным посторонним для чеченцев человеком может быть только представитель федерального правительства, в обязанности которого входит следить, чтобы все делалось по закону, и ничего более. Оскорбительное пренебрежение людьми никогда и никого не доводило до добра, а в данном случае эта истина становится актуальной вдвойне и втройне.

Означенный Бислан Гантамиров посмотрел на меня прямым взглядом и сказал:

— При этом вы, господин Сергий, приказали своим головорезам не брать в бою пленных, и те буквально залили Грозный кровью чеченских мужчин, не щадя ни седобородых аксакалов, ни безусых юношей.

— На войне как на войне, господин мой Бислан, — ответил я. — Люди, что взяли в руки оружие, чтобы воевать с федеральными войсками, несут ответственность один за всех и все за одного. Как только Нам стало известно, что мятежники подвергают пыткам и убивают пленных российских солдат, Мы сразу же приказали своим войскам в этой операции применять правила кодекса тотальной войны и беспощадно уничтожать всех вооруженных людей, кто не будет опознан как солдат или офицер федеральных войск. Раз уж Мы решили взять российских солдат и офицеров под защиту, иначе поступать было невместно. Если пленных нельзя было спасти, то за них следовало отомстить так, чтобы ни у кого более не возникало мысли повторить что-то подобное.

— Да, — подтвердил Лев Рохлин, — нам тоже известно о подобных случаях, слишком многочисленных для того, чтобы списать их на эксцессы экзальтированных исполнителей.

— Это был урок, господин мой Бислан, — с жесткой усмешкой сказал я, — и если ваши соплеменники его не усвоят, то мы повторим такое вновь, и будем продолжать, пока кровожадные упрямцы просто не закончатся. С хорошими людьми Мы поступаем по-доброму, а со злыми — по справедливости, чтобы не было их нигде и никак. При этом Мы не обращаем свой гнев на некомбатантов и каждого оцениваем не в соответствии с его происхождением и вероисповеданием, а исключительно в разрезе личных заслуг и прегрешений. На этом Мы считаем необходимым закончить сегодняшний разговор. Сейчас мы уходим, но обещаем вернуться, как только в этом возникнет настоятельная необходимость, ну а пока желаем вам всего наилучшего.