Книга Год 1995-й. Русский Ренессанс, страница 71 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

— А что по поводу такой кандидатуры скажет господин Ельцин? — спросил Сергей Шойгу. — Неужели он сам согласится сделать премьером столь неудобного для себя человека, который имеет свое мнение, твердо его отстаивает и ни в грош не ставит его любимые демократические реформы?

— Зареформировались вы тут до такой степени, что дальше только пропасть гражданской войны, на дне которой воют алчные волки, — в сердцах ответил я. — До недавнего времени господин Ельцин и желал продолжения демократического банкета, и в то же время опасался сам стать на нем главным блюдом. С его мусорным политическим рейтингом и господствующими в России оппозиционными настроениями исход в стиле Ипатьевского подвала был совсем не исключен. Причем новые калифы на час, прорвавшиеся к власти на руинах павшей страны, тоже будут лишены широкой народной поддержки, поэтому, скорее всего, проделали бы все очень быстро, в стиле «вечером арестовали, утром расстреляли». Год с небольшим назад от подобного исхода вы находились буквально на волоске. Чуть больше решимости и тактических талантов у оппонентов нынешнего режима — и все, пишите письма из ада, потому что из Руцкого исполняющий обязанности президента был такой же, как из шимпанзе дирижер. Должен заметить, что Дантону с Робеспьером головы отрубили отнюдь не монархисты, а вчерашние подельники в Конвенте. А на такое ваш демократический диктатор был не согласен, а потому подавил бунт Верховного Совета, невзирая на побочные эффекты, и того же мнения он придерживается сейчас. Там, в моем прошлом, ваш демократический диктатор попытался пропетлять между каплями дождя, выставив вместе с собой на следующих выборах Зюганова и кучу вторичных ничего не значащих фигур, а перед вторым туром запугав народ возможностью коммунистического реванша. Всеобщий дефицит, неустройства и нищету позднего Советского Союза тут у вас еще отлично помнят. Однако натянуть сову на глобус можно только один раз. И сова потом станет отработанным материалом, и глобус сильно испачкается. Ситуация в стране со временем лучше не становилась, наоборот, каждый следующий день был хуже предыдущего, поэтому по завершении второго срока, а может, и раньше, господина Ельцина вместе с семьей должны были по всеобщему согласию порвать на лоскуты. Такова она, демократическая селява, когда бывшего демократического вождя по итогам его деятельности начинают люто ненавидеть и верхи, и низы. И вот тогда ваш нынешний отец русской демократии согласился на предложение группы лиц совершить отставку с подстраховкой, сделав ставку на человека, который, как и я, всегда исполнял обещанное и никогда не отказывался от своих слов. В итоге помер бывший первый президент через шесть лет после отставки в собственной постели, окруженный родными и близкими, оставив после себя только дурную память, былых подельников, обсевших государственную машину снизу доверху, и всеобщее недоумение по поводу проявленного новым президентом неоправданного гуманизма. Впрочем, с низкого старта в разоренной, почти разваленной стране иначе быть не могло. Любое резкое движение новой власти могло разрушить все и сразу. Однако, поскольку у меня старт отнюдь не низкий и силового ресурса достаточно, мой охранный лист гораздо короче, чем в несостоявшемся тут будущем, и включены в него только сам господин Ельцин и его кровные родственники, а остальные, невзирая на близость к телу, получат все то, что заслужили.