Книга Год 1995-й. Русский Ренессанс, страница 64 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

Пока они так гудели, с двух «Святогоров» высадилась бригада имперского спецназа, оцепив здание Верховного Совета, чтобы никто не смог вмешаться в процесс, и только потом у входа опустился императорский представительский челнок. Помимо Бригитты Бергман и герра Шмидта, в этой вылазке меня сопровождали Кобра, товарищ Антонова, генерал Бережной, товарищ Тамбовцев и Риоле Лан — в одном флаконе специалист-социоинженер и визитная карточка галактической природы моей Империи. Генерал Гордеев, который командовал парадом на месте, отдал нам честь, и в сопровождении вооруженного эскорта мы все вместе вошли внутрь.

При нашем появлении шум голосов в зале стих, и только господин Мешков пробормотал что-то вроде: «Ну вот, наконец-то». Идем в полной тишине, печатая шаг подкованными сапогами, при этом я еще стараюсь воспринимать местную публику Истинным Взглядом, а публика воспринимает меня. Мы тут уже два с половиной месяца, успели хорошенько отметиться как в бывшей Югославии, так и в Грозном, взять под защиту Кубу, а потом и вовсе снять с карты алчную и жестокую Заокеанщину. К тому же в ясную погоду (которая зимой тут бывает нечасто) в один бинокль, без всяких телескопов, любой желающий способен разглядеть полуторакилометровую громаду «Неумолимого», зависшую в небе к северу от Крыма.

Теперь, когда стала известна причина столь экстренного заседания, все поняли, что все крайне серьезно, и сейчас прозвучат главные слова. При этом две трети зала хотели их услышать как можно скорее, а среди остальных имелись и такие, что были готовы заткнуть уши. Впрочем, это уже их проблемы — Бригитта Бергман и герр Шмидт присутствуют здесь не просто так. Но это потом.

Ну а пока я поднимаюсь на трибуну и говорю на латыни, а энергооболочка делает синхрон на русский, причем так громко, что не нужны никакие микрофоны:

— Нам хорошо известно, чего хотят люди этой земли, за что они голосовали на выборах и на что при этом надеялись. Не их вина, что эти надежды не могли оправдаться, потому что политикам и в Киеве и в Москве была безразлична воля крымского народа. Однако теперь обстановка изменилась самым коренным образом, поэтому то, что раньше было невозможно, сейчас вашему собранию необходимо сделать как можно скорее. Кто за то, чтобы провозгласить государственную независимость республики Крым и закрепить это решение итогами всенародного референдума? Не торопитесь отвечать сразу, а хорошенько подумайте хотя бы несколько минут, потому что в случае положительного ответа Мы возьмем Крым и его народ под свою вооруженную защиту, чтобы ни одна сволочь в Киеве или где-нибудь еще не смогла бы вмешаться в процесс осуществления результатов народного волеизъявления. Ну а если ваш ответ будет отрицательным, Мы отстраним ваше собрание от власти и подвернем его роспуску и дознанию, потому что таким образом вы нарушите волю избравшего вас народа, а это уже будет не демократия, а политическое мошенничество в особо крупных размерах. Конечный итог после Нашего прямого обращения к крымскому народу все равно будет тем же, но уже без вас. Ну-с, господа депутаты, какое будет ваше самое правильное решение?

И господа депутаты не подвели — проголосовали семьюдесятью голосами «За» против двадцати четырех. После этого они отправили в отставку правительство, составленное из проукраинских деятелей, и назначили на восьмое января, то есть через неделю, Всекрымский референдум, который подтвердит или отвергнет сегодняшнее решение. Обычно принято делать наоборот: сначала референдум, а уже потом подтверждающее его решение парламента, но в данном случае так делать было нельзя, иначе неизбежно последовала бы попытка силового вмешательства со стороны Киева. Армия на Украине еще не настолько разложена, как девятнадцать лет спустя, не все запасы вооружения еще сгнили или распроданы по странам третьего мира, поэтому отражать такой наезд требуется уже при наличии законно провозгласившей свою независимость республики Крым. И сразу же, пока еще никому ничего не известно, я отдал приказ генералу Бережному, чтобы его штурмовая пехота немедленно приступила к интернированию украинских воинских частей на полуострове. Раз-два, одна нога здесь, а другая уже там.