Книга Год 1995-й. Русский Ренессанс, страница 52 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

— А в советское время? — набравшись храбрости, спросил Ельцин.

— В советское время, — сказал Серегин, — Ленин немножко помучился с построением республики по прогрессивной американской двухпартийной схеме, но после того, как левые эсеры взбрыкнули и взбунтовались, плюнул на это дело и назначил партию большевиков коллективным монархом, а себя сделал исполняющим императорские обязанности. После этого от республики осталось только название, потому что все важнейшие решения в государстве проводились решениями съездов и пленумов, а также постановлениями Политбюро. При этом товарищ Сталин, когда совместным решением ЦК и Верховного Совета стал Верховным Главнокомандующим, превратился уже в настоящего красного государя-императора, только без права передачи поста по наследству, однако его преемники оказывались либо временщиками, как Хрущев и Горбачев, либо местоблюстителями, как все остальные советские вожди. Вы тоже, свергнув Горбачева по взаимному согласию, выбили себе диктаторские полномочия и превратились в некоронованного монарха. Окончательно этот процесс завершился с принятием новой конституции, закрепившей примат института президентства над остальными ветвями власти.

— Так, значит, я все делал правильно? — приободрился демократический диктатор.

— Отнюдь нет, — жестко ответил Серегин. — Правильными решениями были только ликвидация двоевластия и переход к президентской форме правления, а прочие ваши деяния — это преступления, с эпитетом «государственные». Говорят, что короля делает свита, но ваше окружение годится только на то, чтобы с размаху швырнуть его в топку и забыть, что такие люди жили на свете. Власть ценна не сама по себе, а только тем, чего хорошего она может сделать для своего народа. Ваша власть для подавляющей части российского народа не сделала ничего хорошего, только плохое. Производство падает, выплаты зарплат и нищенских пенсий задерживаются на полгода, а иногда и поболее, цены растут как бамбук по весне, на улицах разгул бандитизма и произвола, а тут еще и война в Чечне, когда тысячи солдат и офицеров бездумно бросили в кровавую мясорубку. В стране все продается и покупается, желательно за свободно конвертируемую валюту, и военные планы не представляют исключения. На международной арене Россия ослаблена и унижена, с ней никто не считается, потому что со слабыми не договариваются, их просто грабят. Ваши министры, за самым малым исключением, это такая дрянь, о которой нельзя сказать хорошего слова. В связи со всем этим рейтинг вашей власти болтается где-то в районе десяти процентов, а в связи с провалом штурма Грозного мог упасть еще ниже, хотя, казалось бы, дальше некуда. Нет, это безобразие требуется решительно прекращать, и заменять вашу изрядно поношенную фигуру на одну из более приемлемых кандидатур…

— Надеюсь, не на Зюганова? — попытался пошутить Ельцин.

— Забудьте вы про папу Зю, — махнул рукой Серегин. — Этот вылинявший почти до полной бесцветности политический птиц-говорун только произносит громкие слова, но не собирается и на пушечный выстрел приближаться к реальной власти. Критиковать творящиеся безобразия с парламентской трибуны гораздо приятнее, да и безопаснее, чем самому впрягаться в изношенный и заржавевший государственный воз, чтобы тянуть его изо всех сил. При этом возрождать у вас тут давно павший социализм — это такое же дурацкое занятие, как и оживлять эксгумированного покойника. Сильно испачкаться при этом можно, а вот добиться успеха — уже нет. Поэтому и на данном историческом этапе, и на всех последующих роль КПРФ и всех ее клонов заключается в исполнении роли миноритарной парламентской оппозиции слева, при полном отсутствии тяги к реальной власти. И красный пояс, стоит наладиться положению в государстве, у вас тоже рассосется, будто его и не было. Как только жизненный уровень народа улучшится, он и думать забудет о том, чтобы голосовать за коммунистов.