Книга Год 1994-й. Крах Гегемона, страница 107 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

Караджич дураком не являлся, скорее, как всякий нормальный интеллигент, он не был приспособлен ни к какой практической деятельности — занимался бы своей психологией, и не было бы ему цены. Как и всякий интеллигент, он храбрится, подвыпив в кругу приятелей, но при малейшем намеке на опасность вся напускная отвага рассеивается, и остается только дрожащая тварь. В мире девяносто первого — девяносто второго годов этот человек был значительно умереннее и вменяемее и значительно легче поддавался на воспитательные воздействия, но тут все возможности для позитивной реморализации оказались исчерпанными. Впрочем, капитан Серегин, когда посмотрит на этого кадра Истинным Взглядом, решит, что с ним делать дальше. Хорошие психологи со славянским бэкграундом на земле не валяются.

Тогда же и там же

Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский, император Четвертой Галактической Империи

Ну вот — будто в египетском отеле, где все включено (сам не ездил, но рассказывали) в дополнение к заказу мне положили генерала Момира Талича (настоящий человек) и такое не пойми что, как Радован Караджич. Если в прошлом мире я был далеко не в восторге от сущности этого человека, то тут он уже успел наворотить такого, что и с разбегу не перепрыгнешь. Сребреницы еще не было, а вот артиллерийская канонада вокруг Сараева гремит с самого начала конфликта, при этом зачастую город обстреливается наугад по кварталам. Или все это провокации Изетбеговича и его присных с целью легитимировать давление на сербскую сторону. Истинный Взгляд подсказывает, что может быть и так.

Как рассказывал капитан Зотов, в самом начале российской Специальной военной операции на Украине были случаи, когда ради пропагандистского эффекта украинская армия обстреливала из РСЗО свой же собственный город Харьков с обратных тыловых директорий. По крайней мере, об этом говорили хвостовики реактивных снарядов, которые после падения четко, как стрелки компаса, указывали, откуда велся обстрел. Хозяин и у боснийских и у украинских бабуинов был один и тот же, так что, скорее всего, в Харькове из бабушкиного сундука достали запыленные методички времен Боснийской войны. У мальчиков из Гарварда ничего не теряется просто так. Впрочем, сараевским вопросом мы займемся на следующем этапе, а сегодня наша главная цель — Бихач.

— Добрый вечер, мои хорошие господа, — сказал я. — Для вас он действительно добрый, даже для господина Караджича, который натворил много дури, а вот вашим врагам пора вспоминать предсмертные молитвы и готовиться ко встрече со Святым Петром. Это касается даже тех деятелей, что находятся сейчас далеко и считают себя в безопасности. Нет для меня ни границ, ни расстояний, ни еще чего-нибудь невозможного. В ближайшее время я выловлю всех диких варваров, устроивших у вас гражданскую войну, чтобы каждому воздать по заслугам, где бы тот ни был — хоть в Брюсселе, хоть в Вашингтоне, хоть в Нью-Йорке, в здании ООН. Dixi! Я так сказал!

В подтверждение моих слов громыхнул гром, тот самый, что без грозы, отчего мои сербские визави встревоженно переглянулись.

— Что это было, господин Сергий? — спросил генерал Милованович.

— Это был знак моего Патрона, Всемогущего Творца Всего Сущего, что все запланированное мною полностью соответствует его Великому Замыслу, — ответил я, ощутив щекотку в темечке и между лопатками. — Для других монархов Господь Бог только номинальный покровитель, но для меня он непосредственный начальник и руководитель, указывающий, в какой мир идти, дабы вычистить его от скверны. Вы, сербы, признаны послушными детьми Творца, нуждающимися в моей защите и наставлении на правильный путь. При этом ваших временных оппонентов необходимо подвернуть перевоспитанию, чтобы жили они с вами в мире и согласии, а настоящих врагов следует выявить и соскрести с лица этой действительности, после чего выбросить во тьму внешнюю, чтобы не было их нигде и никак. Однако, для меня неприемлемы никакие этнические чистки и огульные наказания по национальному или религиозному признаку, каждый должен получить по заслугам и за все доброе и за все злое. Аминь!