Книга Год 1991-й. Беловежская Голгофа, страница 77 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

— А при чем тут семья Анатолия Александровича? — недовольным тоном спросил местный Путин.

— А при том, — сказал я, — что и Людмила Нарусова, и Ксения Собчак там, у нас, в двадцать первом веке, стали буквально притчами во языцах. Старшая категорически не принимала и всячески публично выражала свое «фу» тому пути, по которому под вашим руководством развивалась страна, а младшая была знаменита провокационным эпатажным поведением на грани разврата. Мол, что вы мне сделаете, я приемная дочка самого Путина. Сказать честно, если бы не вы, то загнал бы я их всех троих в тропический рай и забыл бы, что вообще такие жили на свете.

— Да, вы честны, — хмыкнул Путин, глянув на меня Истинным Взглядом, и тут же спросил: — А как же Анатолий Александрович?

— Он умер от второго инфаркта за месяц до того, как мы с братом стали президентами, — сказал Путин из мира с техногенными порталами. — Наше сообщество демократических либералов — это та еще крысиная стая: накинулись толпой и загрызли ослабевшего конкурента. Именно тогда мы обещали умирающему Анатолию Александровичу, что позаботимся о его жене и дочери. Обещание мы выполнили в полном объеме, но, как и сказал Сергей Сергеевич, оно не пошло этой семье впрок.

— Да, дела… — задумчиво произнес хозяин кабинета.

— Был бы жив Анатолий Александрович, — сказал президент Путин из мира с вторичными порталами, — все, возможно, было бы по-другому, но он, к сожалению, умер.

— Ну ладно, а теперь скажите, какие варианты вы предлагаете? — спросил местный Владимир Владимирович.

— В девятнадцатом веке, — сказал я, — мне доступны миры четырнадцатого и пятьдесят шестого годов. В четырнадцатом году Российской империей правит юный Николай Павлович, ибо его старшего брата я выпер в отставку, а в мире бывшей Крымской войны, как и обычно, Россией правит император Александр Второй. В двадцатом веке на выбор имеются миры тысяча девятьсот шестого и тысяча девятьсот пятнадцатого годов. В первом из них после победы в русско-японской войне император Николай Второй подал в отставку, передав трон брату Михаилу, во втором власть после уставшего от долгого правления отца получила его дочь Ольга Николаевна. Впрочем, эти миры я предложил чисто для разнообразия, потому что и там, и там взят курс на построение монархического социализма, почти большевизма, а потому люди наподобие господина Собчака, и особенно его жены, придутся не ко двору. Я бы посоветовал середину девятнадцатого века, где как раз идет подготовка к отмене крепостной зависимости и образованные люди либеральной политической ориентации востребованы и ценимы. Но учтите, что, несмотря на всю мягкость и незлобливость будущего царя-освободителя, за противогосударственные действия людей там отправляют на каторгу, невзирая на лица, или даже высоко и коротко вешают за шею, а мятежи окраинных народов подавляются картечными и ружейными залпами.

— А почему вы предлагаете это мне, а не самому Анатолию Александровичу? — с подозрением спросил местный Путин.

— А потому, что этот человек сейчас находится в статусе подследственного, и своей воли у него нет, — ответил я. — Привыкайте принимать решения за других людей, а не только за себя. В не таком уж и далеком будущем от ваших решений станет зависеть жизнь и благополучие сотен миллионов людей.