Онлайн книга «Год 1991-й. Беловежская Голгофа»
|
Примечание авторов:* московская мэрия расположена практически там же, в бывшем здании СЭВ по другую сторону Конюшковской улицы. Однако скрытая мобилизация «демократического» актива, рядовой пехоты, десятников, сотников, и так далее, началась еще до того, как проснулись московские обыватели. И не только московские. В шесть утра от перрона Московского вокзала Санкт-Петербурга отправился двухэтажный поезд «Аврора»*, на котором в столицу нашей Родины отбыла почти тысяча отборных активистов, возглавляемых мэром Северной Пальмиры Анатолием Собчаком. Время в пути — пять часов тридцать минут. Получив сигнал тревоги еще глубокой ночью, питерская мэрия оптом выкупила все билеты, не ушедшие по предварительной продаже. Остальные участники протеста должны были подтянуться в Москву позже. А там уже к восьми часам утра (рань невероятная) в Белый Дом на экстренное заседание стянулись практически все депутаты Верховного Совета, оставшиеся на хозяйстве члены правительства, включая министра обороны СССР Шапошникова, а также Руцкой и Хасбулатов. Уже в 8:30 «Останкино» и «РТР» прервали все остальные передачи и начали прямую телевизионную трансляцию с места событий. И почти сразу же, вещая на весь мир, с точки на крыше американского посольства, которое там в пятистах метрах, к ним присоединилась CNN. Примечание авторов:* общая вместимость поезда — полторы тысячи пассажиров. В областных центрах поменьше, как правило, обходились автобусами, которые подгоняли к месту сбора активистов. Но вот ведь ёшкина плешь: чем меньше областной город, тем более скудной была в его населении доля борцов за демократию. Как следовало из результатов псхосканирования, практически сплошь европейская часть России была охвачена остаточными просоветскими настроениями. Там известие об аресте «демократических» лидеров встречали со злорадными усмешками и смехуечками. И энергооболочка подтвердила, что на этих территориях, включая национальные автономии, на выборах девяносто третьего года побеждали жириновцы, а девяносто пятого года — коммунисты. При этом на выборах девяносто шестого года Ельцина в два тура натягивали на президентский пост как сову на глобус, что позже имело далеко идущие последствия. И вот ведь что интересно. Москвичи, которых поздняя советская власть холила, лелеяла и закармливала так, что уже не лезло в рот, в своем большинстве ее предали и прокляли, а вот депрессивная региональная глубинка, из которой средства и уходили в столицу, сохранила о недавнем прошлом добрые воспоминания. Однако одним психосканированием наблюдение за территорией будущего сражения не ограничивалось. Работали все системы дистанционной разведки, четко показывая, что эпицентром этого движения были отнюдь не Московская мэрия и Белый Дом, а американское посольство в Москве. Именно там еще в два часа ночи приняли шифрограмму из Вашингтона, и уже через полчаса телефонными звонками начали поднимать агентуру влияния. Горбачев, правда, из Кремля не вылезал, нечего ему было делать на этом празднике жизни, однако разведывательная аппаратура засекла телефонный разговор по прямой линии продолжительностью около пятнадцати минут (стенограмма прилагается). Ай да Джордж Буш, ай да сукин сын! Не имея информации о границах моих возможностей и полномочий, он собрал всех тухлых людей в одном месте, чтобы я не бегал за каждым Гозманом и каждой Жабой Лерой по отдельности. Ну не совсем в одном: помимо Белого Дома приоритетными целями первого этапа были московская мэрия, Останкино, Шаболовка, Центральный Телеграф и городской телефонный узел, благо никакой сотовой связи еще нет, а также… Ленинградский вокзал. Последний нужен для того, чтобы с ходу принять в нежные объятия моей госбезопасности питерскую демократическую гопу, не допуская ее соединения с основными силами. |