Книга История «Солнечного Ветра», страница 129 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

— Сказать честно, — хмыкнул адмирал Ямамото, — о возможности провокации мы даже не предполагали. Если нападать на врага, то внезапно, без всяческих предупреждений и провокаций.

— В демократических странах, Исороку-сама, для войны всегда нужен повод, — назидательным тоном произнесла товарищ Антонова. — Иначе население, которое не желает умирать на полях сражений непонятно за что, на следующих выборах сделает своими правителями каких-нибудь других людей. И даже в Германии, где за шесть лет до того выборы были отменены как явление, милейший Рейнхард Гейдрих все равно провел в Гляйвице операцию «Консервы», чтобы убедить и немецкий народ и весь мир, что поляки сами начали эту войну, а немцы только защищаются. Правда, дальнейшее неоказание помощи Польше так называемыми союзниками было связано совсем не с этим прискорбным фактом, а с тем, что, по мнению англичан и французов, Польша — это для Гитлера ворота на Восток, а потому никто не хотел мешать германскому фюреру в благом деле борьбы с мировым большевизмом. Дальнейшие события показали, насколько хорошо люди могут предвидеть хотя бы среднесрочные последствия своих решений.

Адмирал Ямамото встал из-за стола и прошелся по кабинету. Как ни странно, в присутствии этих странных визитеров он не чувствовал себя ни находящимся в опасности, ни даже скованно как перед чужими и малознакомыми людьми.

— Так, значит, вы считаете правильным, что мы сами намереваемся напасть на Америку, несмотря на то, что эта война неизбежно обернется для нас поражением в силу разницы экономических потенциалов, или я чего-то недопонимаю? — спросил он. — Быть может, вы лично, господин Серегин, намереваетесь взять нас в свои вассалы, как уже взяли Германию, или даже в союзники?

— Пока у руля вашего государства находятся такие люди, как генерал Тодзио, а японский солдат имеет репутацию кровожадного зверя, не щадящего ни женщин, ни детей, ни о вассалитете, ни тем более о союзе и речи быть не может, — отрезал Серегин. — Пока мы с вами противники, у которых есть общий враг, называющийся Соединенные Штаты Америки — чудище тучное, озорное, огромное, стозевное и лающее.

— Противники? — переспросил Ямамото.

— С вами мы противники, а с такими, как Тодзио и ещё один знаменитый персонаж, профессор Исиро Исия — враги, — уточнил Серегин. — И вообще, японская нация — это уникальное явление на планете Земля, больше нет ни одного народа, живущего на поверхности гористых островов под непрерывным ударами тайфунов, землетрясений, волн цунами и извержений вулканов. Уникальные природные условия создали уникальный национальный характер, и будет очень жаль, если в глупом стремлении к мировому господству вы распылите свой народ по огромным просторам, нанеся ему непоправимые потери в желании добиться недостижимых целей. И даже если вы чудом сумеете добиться хотя бы частичного успеха, то знайте: потомки японцев, покинувших воспитавшую их землю, во втором-третьем поколении полностью утрачивают национальный характер, превращаясь в гонконгцев, австралийцев, новозеландцев и американцев японского происхождения. Все, дух вышел, чудо закончилось. Кстати, британцы, с которых вы копировали имперскую модель островной талассократии, уже находятся на краю катастрофы по причине распыления невосполнимого человеческого потенциала. Потомки героев походов Дрейка, битв при Ватерлоо и Трафальгаре либо не родились на свет, либо превратились в янки, канадцев, южноамериканцев, австралийцев и новозеландцев. Нынешнее население британских островов с трудом, но натягивается на все нужды британского государства, а вот следующего поколения для этого банально не хватит. И посыплется тогда Империя, над которой никогда не заходит солнце, как карточный домик под легким порывом утреннего ветерка. Вы своему народу такой судьбы хотите — чтобы на протяжении жизни одного поколения ваша страна пала из королев даже не в служанки, а в безумные старухи?