Книга Пятый подвиг Геракла, страница 60 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

— Хорошо, — кивнул Брежнев, — я отдам распоряжение товарищу Семичастному на основе вашей информации создать списки и проработать вопрос с контингентом. Насколько я понимаю, эти люди нужны вам чем скорее, тем лучше.

— Да, — сказал я, — это так. Только выпускницам этого года надо дать возможность сдать экзамены и получить аттестаты, а в остальном вы меня поняли правильно. Чем быстрее, тем лучше.

— В таком случае, — вздохнул Ильич Второй, — я лучше пойду. Откройте мне портал на дачу, а дальше я уже сам. И ждите меня через некоторое время с официальным визитом, вместе с главами государств социалистического содружества.

— Итак, — произнёс я, когда Ильич за номером два ушёл, — у нас сейчас, товарищи, следующий акт Марлезонского балета — разговор с Рейнхардом Гейдрихром.

тогда же и там же, линкор планетарного подавления «Неумолимый», императорские апартаменты

Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский

Обнаружив Гейдриха по наличию связного портрета, я не стал выходить с ним на связь, а вместо того открыл просмотровое окно, чтобы глянуть, что поделывает один из величайших проходимцев в истории. И это было правильно: миляга Рейнхард обнаружился на приёме у своего вождя и учителя, фюрера всея Германии и прочая, прочая, прочая, Адольфа Гитлера, и там же, вместе с ними, находилось несколько безмолвных как истуканы генеральских фигур, среди которых массивной глыбой маячила свиноподобная туша Геринга. Гитлер орал резаным поросенком, так что закладывало уши, — но не на Гейдриха, а на собравшуюся в его кабинете генеральскую свору.

Насколько я понимаю, речь шла о застрявших в мокром мешке танковых дивизиях, уже три месяца не имеющих возможности сдвинуться ни туда, ни сюда, и не получающих нормального снабжения по причине того, что советская авиация разрушает переправы и портит мощеные дороги. И это при том, что даже через три месяца, прошедших после вызванного Анастасией искусственного потопа, по проселочным дорогам может пройти только специальная телега на шинах-дутиках, а любой другой транспорт садится по брюхо в жидкую грязь. Гитлера бесило, что его лучшие войска вместе со всей своей техникой застряли там, где от них нет никакого толку, в то время как единственное подвижное соединение, оставшееся за пределами мокрого мешка, это африканский корпус Роммеля. Да, пакость с небесными хлябями удалась на славу — надо будет поторопить товарища Сталина с утверждением линейки «полководческих» орденов имени Александра Невского, Кутузова, Суворова и адмирала Ушакова, чтобы он смог по достоинству наградить товарища Анастасию Романову, поставившую германские панцерваффе в положение «ни туда, ни сюда».

И вообще, не понимаю я таких методов, когда вопрос пытаются решить криком… как будто от этого просохнут дороги. И вообще, более-менее приятной для войны погоды осталось ещё дней на десять, а затем пойдут естественные затяжные осенние дожди, которые закончатся только в начале ноября, когда грянут первые двадцатиградусные морозы (сорок первый год, ептить — самая суровая зима столетия). И вот тогда германские танкисты смогут попытаться протаранить оборону Жукова по Днепру, — впрочем, никакой стратегической перспективы эта операция иметь не будет, ибо ноябрь по погодным условиям сильно отличается от июля. Без теплой одежды и соответствующих погоде смазок для техники и оружия наступить немцам будет ну очень интересно.