Онлайн книга «Пятый подвиг Геракла»
|
Потом пришли чернокожие рабочие-женщины, деловито погрузили труп охранника на тележку и куда-то увезли. И затем все шло своим чередом, словно бы ничего и не происходило, разве что на место умершего охранника нового так и не поставили, и это было странно. Прошло три дня. Все это время Стэйси хвостиком ходила за мамашей Молли, бессознательно ища в ней хоть какую-то опору в этой непонятной ситуации. Настало утро четвертого дня. — Мамочка Молли, а можно у тебя кое-что спросить? — спросила Стэйси, заправляя свою постель. — Спрашивай. — Как ты думаешь, это то СОБЫТИЕ так подействовало на охранника, что с ним такое произошло? — Ну, наверное… — А почему тогда на нас оно не подействовало? Все головы сразу повернулись в сторону мамаши Молли. Но ответа она не знала. — По правде говоря, я понятия не имею… — А я думаю, что нас хотят забрать отсюда! — вдруг звонко выпалила Стэйси. — Мне в ту ночь, перед тем, как все это произошло, снился сон! Прилетела большая белая птица с человеческой головой, и у неё было лицо мужчины… Только без бороды… И он сказал: «Не бойся меня, Стэйси, ты мне нужна». И голос у него был такой… ну, такой… странный, в общем… И я… я… представляете, не испугалась его! Все женщины были столь поражены этим рассказом, что, бросив возиться с постелью, кольцом сгрудились вокруг Стэйси. — Ну? И что дальше? Стэйси, видя такое внимание, преисполнилась важности и, положив руки на пояс и выставив вперёд свой огромный живот, продолжила: — А потом он укрыл меня своими крыльями и поднял в небо! И, знаете, так это было хорошо! Крылья были такие теплые… И сердце птицы-мужчины билось так: «Тук! Тук!» И моё сердце вдруг в ответ тоже: «Тук! Тук!» А потом начали вместе стучать… Стэйси замолчала. Женщины молчали тоже. Потом кто-то спросил: — И что потом? — А потом сон закончился, настало утро, и я проснулась… — Стэйси вздохнула. — И я подумала: вот приснится же такое… Ну мне вообще часто странные сны снятся… А вам разве нет? Мамочка Молли, а что тебе снилось в ту ночь? — Ничего, — ответила та. — Я вообще не могла заснуть. Я разговаривала… — С кем? — воскликнула Стэйси, и все взгляды сразу перекинулись на мамашу Молли. — С ним. — Она указала на свой живот. Удивленный ропот пронесся по толпе. А мамаша Молли в этот момент думала, что, пожалуй, стоит рассказать им об этом. Поделиться ТЕМИ своими мыслями… — Ты разговаривала с животом? — выкрикнул кто-то. — Нет. Не с животом. А с тем, кто там, внутри… Некоторое время царило изумленное молчание, а потом кто-то сказал: — Ты сошла с ума! — Нет! Я не сошла с ума! — твёрдо и громко сказала мамаша Молли. — Он, конечно, не мог мне ответить, но… я просто высказывала ему то, что я думаю. А я думала о том, что было бы, если бы мы не умирали… Гомон в толпе тотчас стих. Впервые эти женщины задумались о том, что никогда не приходило в их головы… Няньки в этот день долго не появлялись. И вот наконец пришла одна из них. Ронга была маленькая, крепко сбитая; ходила она немного неуклюжей, косолапой походкой. Когда она вошла в барак, стало видно, что выражение её лица сильно отличается от обычного. Оно было чрезвычайно взволнованным, и удивление маской застыло на нём. Остановившись у порога, Ронга начала говорить, и голос её, обычно громкий и уверенный, звучал сейчас несколько растерянно. |