Книга Год красного дракона, страница 96 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

— А еще, - сказал чрезвычайно довольный Брежнев, - Сергей Сергеевич сам на себя наложил заклинание распознавания реального положения дел, именуемое Истинным Взглядом. И ничто не может ему противостоять - ни тьма, ни туман, ни людской обман. И вам такое тоже по должности будет положено, когда вы вступите в права командования.

— Да, - подтвердил товарищ Серегин, - это так и есть, но в вашем случае Истинный Взгляд был лишь последней проверкой, ибо о том, кто вы такие, я знал задолго до нашей встречи. А сейчас я вас, наверное, уже утомил, поэтому на сегодня с разговорами пора заканчивать, да и у меня тоже имеются дела. Товарищ Соколова, будьте добры отвести наших гостей в их апартаменты и показать, где у нас столовая, а где библиотека, а уже завтра, за завтраком, начнем знакомить их со всем прочим командным составом. До свиданья.

Нам осталось только встать, попрощаться и вслед за Гретхен де Мезьер, то есть Маргаритой Соколовой, выйти прочь из кабинета главного местного начальника.

Восемьсот девяносто второй день в мире Содома, Вечер. Заброшенный город в Высоком Лесу, площадка для танцулек

Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский

Сегодня, сразу после захода солнца, я вытащил своих гостей для неформального общения за столиком на танцульках. Правда, для этого пришлось сдвигать три стола, потому что я пригласил не только четверку Самых Старших Братьев, но и Кобру с Мишелем, а также Роберта Хайнлайна, решившего задержаться у меня во владениях. Во-первых, мы абсолютно бескорыстно взялись поправить этому человеку здоровье, ведь великие писатели на дороге не валяются, да и изучение загадочной русской души - дело длительное и хлопотное, ибо эта субстанция тонка и неуловима... и вообще это занятие не для средних умов.

Впрочем, и старину Роберта средним умом никто не назовет. Мыслитель он первостатейный, да только над ним, как и над иными прочими, довлеет злоба мира сего. Во-первых, приходится делать не то, что хочется, а то, что велит среда, и никакой свободой тут и не пахнет. Во-вторых, эта самая американская среда развивается поперек желаний этого незаурядного человека, и он ничего не может с этим поделать. В-третьих, он не свободен от ошибок, заблуждений и предубеждений, также навеянных этой самой не лучшей средой обитания. Однако безнадежна только смерть, а с живыми еще можно работать.

Товарищи Старшие Браться смотрят на старину Роберта с понимающим узнаванием. В мире победившего Сталина, откуда они изгнали предков тевтонов, как минимум товарищ Антонова и адмирал Ларионов регулярно общались с этим человеком и считали его если не другом, то потенциальным союзником. Нынешний Хайнлайн о Старших Братьях ни в зуб ногой, но он понимает, что эти люди, которые сейчас выглядят его ровесниками, играют в моих планах очень важную, если не решающую роль. Но главным участником разговора должен стать капитан Зотов, чтобы присутствующие с его слов могли ознакомиться с обстановкой в начале третьего десятилетия двадцать первого века.

— Итак, - сказал я, - комитет по обсуждению текущих вопросов в сборе. Прошу не обращать внимания на происходящее вокруг. У нас принято проводить подобные совещания не в душном кабинете, а, так сказать, средь шумного бала, когда народ вокруг предается буйному веселью. Полог тишины нам в этом в помощь.