Книга Год красного дракона, страница 135 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

Демон чисто по-человечески (более двухсот лет жизни среди этих созданий что-нибудь да значат) настолько увлекся предвкушением предстоящего пиршества, что пропустил момент, когда, уже второй раз за сутки, открылись врата во внешнее по отношению к этому миру пространство. Сила неодолимой мощи, проникшая в «его» мир после этого события, была демону прямо враждебна, более того, смертоносна для него. Но заметил демон ее появление только тогда, когда сокрушающая погибель зависла прямо над головой его аватара Фрэнка Фармера - в этом теле он самолично прибыл на королевскую бойню в Ридженте, чтобы на месте впитывать эманации ужаса, отчаяния, боли и предсмертных мук местных колдуний, ловя губами капли отлетающих жизней.

Так что он оказался невольным свидетелем развертывания первого этапа операции «Судный день»...

Не было никого из лондонцев, кто в тот момент посмотрел бы вверх, а потому никто и не видел, как серые низкие облака расступились, пропуская вниз такие же серые клиновидные тела стремительно снижающихся больших десантных челноков, которые осиным роем сопровождали мелкие округлые тушки «Шершней». Стремителен и неотвратим полет грозной воздушной армады, нацелившейся на главный источник некротики на территории Британии. По достоинству эти последние несколько мгновений перед десантированием мог оценить только Василий Филиппович Маргелов, находясь в качестве наблюдателя в рубке флагманского челнока. Товарищ Серегин назвал это подвернувшимся по случаю мастер-классом по бескровному захвату крупного стратегического объекта внутри плотной городской застройки.

Немного подумав, Артанский князь добавил, что в мирах, подвергшихся заражению демоном, такие вот некротические места силы должны считаться первоочередными целями для атаки. И задача тут двоякая - спасти жизни тех, кого собираются скормить демону и посадить самого демона на голодный паек, сократив кормовую базу. Чем больше демон будет обращаться за пропитанием к собственным последователям, тем быстрее удастся полностью подавить эту мерзость. Поэтому первоочередной целью выбрана женская бойня, а не, к примеру, королевский дворец.

Тауэр тоже, кстати, атакует один батальон, но там речь пойдет о жизнях мужчин-аристократов, до недавнего времени имевших непосредственное отношение к происходящему, и их тогда все устраивало. А это подразумевает совсем другое отношение, нежели к слабой половине человечества, в защиту которой выделено три четверти средств, задействованных в операции.

Королевская бойня в Рижденте занимала территорию Риджент-парка, разбитого в самом начале девятнадцатого века по указанию принца-регента, в дальнейшем короля Георга Четвертого. Собственно, в середине двадцатого века под саму королевскую бойню отошла только северо-восточная часть парка, с юга ограниченная нынешней Честер-роуд, а с запада - аллеей Бродвок. В южной части этой территории (с востока на запад) была обустроена железнодорожная станция, куда прибывали поезда с живым товаром, приемный зал для переменного контингента, и административное здание, включая агентство по найму временного персонала. Если джентльмену требовалась бесплатная и безропотная служанка, он приходил к приходу поезда, вносил в кассу залог и оплату за первый месяц, и шел в приемный зал выбирать понравившуюся экзотическую девушку. Впрочем, если повезет, джентльмен мог взять в аренду и молодую англичанку-простолюдинку из числа тех, кого британские банки сдавали на мясо за долги их отцов или мужей. Впрочем, в этот день агентство не работало, ибо колдуний-аристократок, как и уголовниц, никто в аренду сдавать не собирался.