Книга Исцеление огнем, страница 6 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

— Ну хорошо, товарищ Фрунзе, ближе так ближе, - сказал я. - Возьмем, к примеру, левоэсеровский закон о социализации земли, который разом предполагал изъятие и передел всех земельных угодий, а также ликвидацию агропромышленных предприятий. В Основном Потоке, где вас, большевиков, некому было за уши оттягивать от этой ямы с кольями, такой закон на Третьем съезде Советов благополучно приняли, и уже к апрелю на российских просторах бабахнули первые казачьи и крестьянские мятежи, вызванные как раз земельным вопросом. Сначала контрреволюция подняла голову на юге, где пашут и сеют раньше всех прочих, а потом волной покатилась по центральной России. Если бы не это обстоятельство, корниловская авантюра так и осталась бы малозначимым эпизодом, даже без моего прямого вмешательства...

— Да, товарищи большевики, - сказал Махно, внимательно слушавший наш разговор, - такой закон, какой предлагали эти левые эсеры, непременно взбесил бы селянство и поднял бы его на борьбу против власти, отнявшей у них все. Нам только интересно, почему в том мире, из которого происходит товарищ Серегин, ваша власть не рухнула, погребенная под волной народного гнева, а, напротив, смогла укрепиться и вытеснить все другие революционные движения.

— Там, в моем прошлом, - сказал я, - большевики выиграли только в силу неразвитости капитализма в России, из-за чего буржуазия была вынуждена выступать против них в союзе с помещиками. А эти деятели, в тех местах, где им удалось свергнуть советскую власть, сразу же кинулись вешать и пороть непокорное мужицкое сословие за бесчинства при разделе помещичьих имений, чем опять толкнули его в объятия большевиков и их союзников. Вожди белого движения тоже по большей части происходили из помещичьего класса, как и поддержавшая их часть офицерского корпуса, а потому одобряли репрессии законных землевладельцев против возомнившего о себе быдла. И именно поэтому после всех неоднозначных колебаний мужики оказались скорее сторонниками большевиков, чем их противниками, записываясь в Красную Армию и поднимая в тылу у белых восстания. Дошло до того, что херр Колчак, поделавшийся вождем белого движения в Сибири, начал раздавать своим сторонникам... поместья, что и предопределило возникновение массового просовесткого партизанского движения у него в тылу. А будь противником большевиков капиталисты, как самостоятельный класс, не нуждающийся ни в каких подпорках, все пошло бы совсем иначе. Этим людям деревенские дела безразличны; с отдельными мужиками им дело иметь даже удобнее, чем с помещиками-латифундистами. Поэтому они, не моргнув глазом, признали бы стихийный предел земли, объявив при этом амнистию тем мужикам, кто с оружием в руках выступит против «красных». И вот тогда Советская Власть не продержалась бы и года. По крайней мере, об этот говорят вычисления моих социо-

инженеров...

Воцарилось молчание. Кто такие «социоинженеры», Фрунзе знал, а потому аргумент был полностью засчитан.

— Так что же, товарищ Маркс ошибался, когда писал, что обязательным условием для осуществления социалистической революции являются высокоразвитые капиталистические отношения? -спросил он через некоторое время, когда мы на малой скорости уже подъезжали к Военному спуску.

— Товарищ Ленин однажды изрек гениальную формулу: «Вчера было рано, а завтра будет поздно», - сказал я. - Этому правилу подчиняются не только условия для осуществления вооруженного восстания, но и фактически все политические процессы. Если бы капиталистические отношения были совсем не развиты, то вместо пролетарской революции у вас получился бы чистейший Пугачевский бунт. Если бы капиталистические отношения перешли в стадию империализма, то и ваша партия была бы невозможна как явление, и у буржуазии хватало бы и силы и политического опыта на то, чтобы не доводить положение до революционной ситуации и вооруженного восстания... А посему, раз уж вы оказались в нужном месте в нужное время, то постарайтесь не запятнать столь удачного обстоятельства разными провокационными телодвижениями. Дорога к светлому будущему узка и извилиста, и каждый раз, достигнув конца очередного этапа, необходимо делать разворот, вписываясь в створ новой задачи. Пока у нас нет самой правильной социальной теории, верно описывающей все явления, а имеется только изобилующий ошибками однобокий марксизм, то всеми этими делами придется заниматься наощупь, каждый раз пробуя почву перед решительным шагом.

— И какие же у нас сейчас этапы, товарищ Серегин, текущий и следующий? - перекрикивая шум мотора, спросил Фрунзе, когда БТР с натугой брал подъем на Сабанеевской улице, направляясь к памятнику Екатерины.

— Текущий этап, товарищ Фрунзе, - ответил я, также перекрикивая шум мотора, - это взять под контроль всю территорию бывшей Российской империи и установить на ней правильную Советскую власть. Надо сделать так, чтобы ни один местный деятель не мог перечить указаниям из Петрограда, иначе приедут люди товарища Дзержинского и оторвут голову. Желание достигнуть коммунизма самым коротким путем, за три дня или около того, и есть главная причина всех левацких перегибов, но таким путем желаемый коммунизм не приближается, а только удаляется. Впрочем, после того, как я отделил ваших леваков от магистрального русла революции, никто не имеет права показывать на вас пальцем и кричать, что вы хотите разрушить в России нормальный уклад жизни и уничтожить русский народ. Да и сами эти леваки объявили вас своими врагами, а это тоже стоит дорогого. И вот когда вы с этой задачей справитесь, наступит время для следующего этапа, выражающегося такими словами: ликвидация безграмотности, электрификация, индустриализация и коллективизация. Даже после совершения социалистической революции сама по себе культурная, промышленная и аграрная отсталость на территории бывшей Российской империи никуда не денется. Настоящим большевикам еще предстоит приложить немало усилий, чтобы гражданам Советской Страны жилось гораздо лучше, чем среднестатистическим обитателем Европ, а недавно темная и отсталая страна сделалась бы локомотивом промышленного развития, и светочем культуры, науки и просвещения. Но самое главное - сделать так, чтобы генералы буржуазных стран боялись бы в сторону Советской России даже смотреть, ибо сие чревато смертельными неприятностями. Вот это будет такая агитация за советскую власть, крыть которую мировой буржуазии будет нечем, ибо ее король окажется голым.