Книга Исцеление огнем, страница 47 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

На совещание германского вождя с его генералитетом в первую очередь был зван главнокомандующий сухопутными войсками (сиречь всем Восточным фронтом^[6]) генерал-фельдмаршал Вальтер фон Браухич - весьма самоуверенный тип, сейчас имеющий бледный вид. Но это человек был не более чем красивой видимостью, ибо основную работу дирижеров войны делали также приглашенные на совещание (куда же без них) начальник Генерального штаба Сухопутных войск генерал-полковник Франц Гальдер и его заместитель, начальник оперативного отдела генерал-лейтенант Альфред Йодль. Также Гитлер вызвал в Вольфшанце всех четырех командующих группами армий: гене-рал-фельдмаршала Вильгельма фон Лееба, генерал-фельдмаршала Гюнтера фон Клюге и генерал-фельдмаршала Герда фон Рунштедта. В дополнение к этой сиятельной кампании в качестве главного ответчика по Белостокскому вопросу в Вольфшанце вытребовали командующего второй армией генерал-полковника Максимиллиана фон Вейхса. Еще пригласили начальника абвера адмирала Вильгельма Канариса и неизменного в таких случаях эксперта по всем вопросам Рейнхарда Гейдриха. А вот на этого персонажа все прочие присутствующие смотрели почти как на ожившего покойника, ведь он смог сходить почти на тот свет и вернуться обратно.

— Херрен генерален, - начал совещание Гитлер, - в настоящий момент в результате враждебного вмешательства извне наша Великая Германия оказалась на краю гибели. Но давайте обо всем по порядку. Нашему доброму Рейнхарду удалось провести переговоры с предводителем обрушившейся на нас силы герром Сергием из рода Сергиев. Мощь нашего противника оказалась настолько велика, что, если смотреть с позиции простых смертных, у нее просто нет предела. И хоть этот господин уверяет, что германской нации как таковой при этом не угрожает ничего, за исключением включения Германии в число советских республик, у нас по этому поводу имеются серьезные сомнения. Огонь, обрушенный им с небес на Вилен-штадт и Лемберг, кажется нам предвестником истинного будущего германского народа.

— Мой фюрер, в составе Российской империи германская нация в лице лучших своих представителей вполне преуспевала, - вскочив с места, каркнул Герд фон Рунштедт. - Генералы, офицеры, чиновники и инженеры германского происхождения составляли в русском государстве значительную часть элиты, при том, что собственно земель с чисто немецким населением под властью русской короны не было вообще. И ни у кого из подданных всероссийских императоров вопросов по этому поводу не возникало. И если бы не глупость Бисмарка, разозлившего русские власти альянсом Германии с Австрийской империей старого маразматика Франца-Иосифа, то это положение могло бы длиться вечно.

— Солдаты, которые сражаются против нас, защищая Белостокский плацдарм, несомненно, имеют местное большевистское происхождение, но нам от этого не легче, - сказал генерал фон Вейхс. -Если месяц назад мы смогли с легкостью разгромить их плохо управляемые армии, к тому же испытывающие острый недостаток боеприпасов, то теперь эти люди, в значительной своей части испытавшие «гостеприимство» наших лагерей для военнопленных, превратились в неистовых берсеркеров, скованных к тому же железной воинской дисциплиной. Мы не отмечаем в действиях противника никакой партизанщины. Подразделения и воинские части наносят удары, переходят к обороне или отходят на запасные позиции с такой слаженностью, будто это один человек. Кроме того, день ото дня растет огневая мощь таких подразделений, и это помимо их поддержки фантастическими летательными аппаратами и тяжелыми панцерами с пушками калибров десять и двенадцать сантиметров. В этих боях моя армия потеряла десять процентов личного состава убитыми и пленными, а еще двадцать процентов солдат и офицеров получили ранения, выводящие их строя на срок от одного месяца до полугода. В некоторых ротах, наиболее интенсивно участвовавших боях, осталось по пятнадцать-двадцать стрелков. Вместе с тем во фронтовых госпиталях у нас не хватает даже перевязочного материала, не говоря уже о медикаментах, а у нашего врага, как нам известно, раненые солдаты возвращаются в строй в течение двух-трех дней, максимум недели.